На краю села...
Где густая полынь опьяняет прохладный вечер,
Опустился закат… золотой и хмельной обман,
И ласкает ковыль налетающий тихий ветер.
Здесь кончается путь, растворяется след в траве,
Убегает тропа в безымянную ширь оврага,
И висит узкий серп луны в густой синеве,
Пьёт росу с васильков не целованная прохлада.
Спит заброшенный дом, обнимая поросший пруд,
На старинном крыльце стынет яблочный запах лета,
И плакучие ивы над тёмной водой замрут,
Набирая в ветвях серебро неземного света.
На краю села тишина, как хрустальный гул,
Здесь граница между землёй и бездонной высью.
Весь уставший мир в тёплом бархате из полей уснул,
Подставляя ладонь самым чистым и светлым мыслям.
Засыпает сад, осыпая на угли рос
Белизну из старинных цветущих воспоминаний,
И качает ветви уставший от бурь матрос -
Старый ясень, укрыв край села от чужих терзаний.
Здесь, у самых верб, где смыкается круг земли,
Дремлет древний колодец с прозрачной, живою влагой.
Сколько давних надежд к нему люди в ведрах несли,
Оставляя печали за тёмным крутым оврагом.
Вот и полночь пришла, развернув свой шатёр из звёзд,
Вновь укутав бревенчатый край темно-синей шалью.
И встаёт над овином серебряный хрупкий мост,
Счалив берег с невидимой небу далью.
Завтра снова рассвет вспыхнет ядерной полосой,
Пробуждая село от прохладного дрема ночи...
А пока этот край умывается чистой росой,
И сияют в тиши материнские добрые очи.
Свидетельство о публикации №126111201107