Рецензия

Своё сотрудничество с Волжским народным хором я начала прямо у себя в классе. Под руководством И.П. Жуковой и  В.И. Пахомова. Они каждый год приходили на прослушивание абитуриентов из сельского целевого фонда областных самородков. Помню, как мы всей кафедрой восхищались юными талантами, которые на прослушивании пели очень известный в те времена шлягер: "Непилася я лимонада, не дойду я до дома". Нашему восхищению не было предела! Так нас восхищали юные таланты и дарования.
Когда начинался учебный год, то с этими талантами приходилось нам иметь дело на школьной скамье, где по ускоренной программе обучения, мы обучали самородные, но глубоко безграмотные таланты, не владеющие музыкальной грамотой, всему: письму, синтаксису, письменному изложению своих мыслей, культуре и этике производственного общения. Подобно В. Серовой, обучали седосевцев петь мелодии и темы из опер отечественных и зарубежных композиторов. Меня сразу предупредили о том, что после выпуска их будут прослушивать для набора в Волжский народный хор. В тот период коллектив находился в кризисной ситуации. Здание для репетиций у них было, но не было слушателей и не было костюмов. Но с годами ситуация изменилась. И слушателей "наработали" и костюмы им сшили. С тех пор они сменили несколько составов. Еще десять лет назад я проводила на пенсию бывших выпускников. О ком-то написаны о ком-то сняты сюжеты, о ком-то написаны рецензии.
Тексты песен альбомов для КК я писать не собираюсь! Ничего не собираюсь из своего творчества и своих наблюдений ей дарить! Более неблагодарного и эгоистичного человека сложно встретить в нашей жизни.
КК стала преследовать меня именно со времени моего учительства. Их курс выпустился, и все разъехались, кто - куда. Скорее всего - по домам. Только одна она, как сирота казанская, решила прописаться в здании училища, чего делать было категорически нельзя! Она неделями сидела рядом с вахтой на первом этаже. Вахтер ей постоянно говорила: "Иди к себе домой! Здесь ты не учишься!" КК настырно никуда не уходила, объясняя: "Куда я пойду здесь? Мне некуда идти!" Девочка была из далёкой деревни, в которой надо было своей матери помогать на огороде. В итоге, после каких-то объяснений, она куда-то исчезла. 
В городе она занялась коммерческой деятельностью, пела в ресторанах. В тот период нам вообще не разрешалось даже появляться - ни в каких ресторанах! Тем более - педагогам. Чтобы никто не мог сказать, что нашего педагога видели даже в ресторане! Потом она решила стать директором своего коллектива. Смысл был в том, чтобы в свой коллектив набрать баянистов-виртуозов. Но при этом - абсолютно не зная нотной грамоты. Они постоянно ругались с этими баянистами из-за любви. Вероятно, любви - к Родине! Потому что более высокого чувства, как любовь к Родине - трудно представить! В конце-концов, она вытребовала себе изолированную квартиру. Неизвестно, от кого была эта квартира. Наверное, от танка.
Ко мне она решила прицепиться основательно. Постоянно донимала с сюжетами о своей гениальности, не собираясь считаться с тем, что в таких как она - у нас за школьной партой недостатка не было!
Вообщем, она требовала, чтобы её "раскручивало" местное телевидение.
Предпоследний раз я её встретила в ДК нашего района, где она без методической практики претендовала на руководство детским коллективом. Так что у нас, в этом смысле, - разные представления о нравственности, морали, этике и эстетике.
К этому времени, у неё откуда-то появилась очень "нищая" личная машина больших габаритов. И какая-то другая квартира. Неизвестно, от какой бедности.
А совсем последний раз я её встретила в банке, где она, со своими помощница(?)-ми(!), поджидала мою мать, которая после похорон моего отца, регистрировала там свою пенсию.
Вот и вся очень простая история про КК Очень заслуженную. И немыслимо -  "благодарную"!
Тексты своих гениальных песен для альбома КК лично я передавать не собираюсь.
Я сама буду записывать своим "Золотым голосом России" собственные гениальные песни.
После этого всего - всего Вам - Доброго!
Если эта КК, возглавившая цепь деревенской банитской группировки, не прекратит за мной: нагло в открытую шпионить, вымогать средства, преследовать меня (в том числе - на паперти и поликлинике, где они просто высиживают и подсиживают, всё по тому же освоенному ещё тридцать лет назад принципу), поджидая без зазрения совести меня на городской лавке также, как почти тридцать(!) лет (вдумайтесь в эту цифру!) назад на стуле вахтера, то этот рассказ я напечатаю не просто на странице, а в журнале "Музыкальная энциклопедия".
Далее я передаю сердечный привет Ирине Павловне и её педагогическим саратницам, которые были для нас прекрасными старшими наставниками в начале профессиональной деятельности!