Вахту принял!

Ты маленький был и помнишь едва ли
Как злобно-хмельные тупые скоты
Наши фрегаты секли топорами,
Беснуясь с их мощи и красоты.

Паруса сапогами нещадно топтали.
Белоснежные Марсели - Фок и Грот.
И стройные мачты прощально трещали
Падая в глубь тёмных вод...

И добравшись до трюмов с запасами,
Жрали и пили они в три горла,
Исказив свои лица гримасами
Полными ненависти и зла.

Ветер звал корабли напрасно.
Море хмурилось и мрачнело.
Был закат рубиново-красным.
Чёрным было их подлое дело...

Дым от сгоревших смолёных канатов
Был горьким как желчь и щипал глаза
А над обломками славных фрегатов
Гремела дурная сухая гроза.

Плакал в бессилии старенький юнга,
Кораблям отдавая последнюю честь.
А твари рвали штурвал друг у друга
И на мостик пытались залезть.

И казалось что всё уже. Кончено.
Пепел берег покрыл как саван.
И журнал судовой, клеёнчатый,
Лежал серой грязью замаран.

Но мальчишка, из тех, что весною
Корабли запускают в ручьях.
С чёлкой светлою и смешною
И с зелёнкою на локтях.

Подошёл по-военному прямо.
Поднял журнал в серой глине.
И очистив вписал упрямо:
Время. Имя. И – Вахту принял!