Пока во мне горит свеча

Когда-нибудь и я уйду неслышно,
Не хлопнув даже дверью за собой.
И станет небо равнодушно-вышним,
И ветер не заговорит со мной.

Останется на полке томик старый,
Засохший лист, билет из прошлых лет,
И чей-то голос, ласковый и дальний,
Которого со мною больше нет.

Исчезнет всё: и смех мой торопливый,
И горький блеск задумчивых очей,
И мой характер — дерзкий и строптивый,
И нежность, что скрывала от людей.

Но разве я была на свете зря?
Разве любила мало, недостаточно?
Я столько раз сгорала до утра,
Чтоб снова жить — отчаянно и празднично.

Я не прошу ни памятника, ни славы,
Ни слёз у изголовья по весне.
Мне только важно, чтобы вы сказали:
«Она была. И было светло мне».

Любите жизнь — за горечь и за радость,
За каждый миг, что больше не вернуть,
За эту удивительную слабость —
В чужую боль без страха заглянуть.

А если вдруг, в какой-нибудь ненастный,
Промозглый вечер вспомните меня,
Не вспоминайте гордой и прекрасной —
Любите той, какой была: живой.

С ошибками, с восторгом, с безрассудством,
С душой, открытой ветру и дождю.
Я не умела жить вполсилы, тускло —
И потому я так любить прошу.