Зал аплодировал не мне
«Будь сильной — это главное», помнила слово в слово.
А сама по утрам собирала себе наряд
из чужих «так положено» — и всё было готово.
Грим сидел так плотно, что стал моей второй кожей —
он дышал за меня и старел раньше меня.
В зеркале каждый день мне смотрела в ответ прохожая,
что смеётся чужими шутками… А где же я?
А больнее всего было в стихах — про актёра, про свет,
про «будь честным с собой — и не надо наград».
Зал аплодировал не мне — той, кого нет:
той, что мастерски прятала ото всех — подряд.
Но изнутри скреблась настоящая я —
тихая, непрошеная, с другими глазами.
Я играла по нотам, а ночью, без сна,
слышала, как она бьётся ладонями в рамы.
А потом всё закончилось — тихо, буднично, без пафоса:
не драмой, не занавесом — просто кончились силы играть.
«Как хорошо, что это кончилось!» — самое честное слово,
что я за все эти годы решилась себе сказать.
Сняла маску — и щёки впустили ветра глоток:
коже тоже нужно дышать, а не жить под слоями.
В отраженье теперь — не роль, не чужой итог,
а живая я, растрёпанная, — но с глазами своими.
И теперь, когда пишу я в стихах «Не ври», —
это не афиша, не рассужденье о масках.
Это просто дневник: я живу внутри,
а не в чужих ролях, не в чужих сказках.
А маска теперь висит в гримёрке — как вещдок:
я её не сожгла — пусть молчит, как свидетель старый.
А я выхожу из театра — впервые за долгий срок —
и вечер встречает меня без грима. И я рада.
Свидетельство о публикации №126111102337