И поднимется заря

Позабыв о чести, боли,
Нас любимая храня,
Выступает Стенька Разин,
Вражью силу хороня.

Ну а мы-то что с тобою?
Как в былом богатыри,
Тридцать три годочка ели
Всем любимые харчи.

Тридцать три годочка спали
На любимой всем печи,
Тридцать три зимы терпели,
Тридцать три — не мелочи.

Тридцать три — не срок для горя,
Тридцать три — ещё не край.
Мы ещё на этом поле
Скажем ворогу: «Канай».

Тридцать три годочка — сила,
Тридцать три — не перечесть.
Нас поди-ка накопила
Мать-Россия — вот и честь.

Тридцать три годочка — в дело,
Тридцать три — не просто так.
Мы своё возьмём умело,
А вражине — смерти знак.

Али нам не надо, братцы,
Обнажив свои мечи,
С печью снова расставаться,
Драться с  силой в той сечи?

Или мы какие трусы,
Что не ведают о том,
Что вражина где-то рядом —
Будет чёрт им поделом.

Нет, мы выступим, ребята,
Нахлобучим вражий хвост.
Оттого мы Русь прославим,
А потом поднимем тост.

Будем мы три дня гуляти
За свободу, за царя.
Восстановим справедливость —
И поднимется заря.

Мы ж не сдали, не сломились,
Хоть и гнули нас не раз.
Вот теперь-то распрямились
И огонь в глазах у нас.

Стенька с нами, Русь за нами,
Печь родная — тёплый дом.
Мы ещё покажем сами,
Кто здесь был и кто с мечом.

А как кончим дело-битву,
Сядем кругом за столом.
Песню грянем, скажем: «Живы!»
Снова по одной нальём.