Дороги земные Часть 10. 12
Правда ночная «бомбардировка» мне ничуть не нанесла вреда ни телу, ни уму, ни духу. От такого ночного сна я только стал крепче.
Хозяин встал раньше всех. Выйдя во двор в привычном для него одеянии, он что-то ворчал про себя, а затем громко, чтобы я услышал его эмоции, словесно позавидовал мне. Чем прервал мной сон.
С ним мне начала завидовать вышедшая собака, когда ночью не нашла объект своего покровительства на привычном для неё месте. Потом на свет Божий вслед за Малей, вышел Ваня. При этом надо заметить, он был уже одетый, как человек, для проведения будущего дня с максимальной пользой.
Вот с этим (с пользой) оказалась небольшая заминка – плана на день мы вечером заранее не наметили.
В связи с массовым наплывом обитателей дома в мою спальню-двор, мне тоже пришлось встать по-людски.
В ожидании пробуждения хозяйки, хозяин приготовил кофе. Мы начали его пить втроём под ничего не значащий разговор. Маля к кофе была равнодушна, хотя, напомню, была швейцарского происхождения.
С выходом в люди, то есть уже в нас, Сергеевны, планы всё одно не уточнились, равно и не определились. Одним словом в этот день чуда не намечалось.
Мы ждали Галю! Она по стародавней привычке вставала из сна в день, а точнее в его полдень.
И дождались!
За завтраком-обедом, Галина совсем неожиданно предложила нам поехать опять в Иерусалим, но под вечер. Вот оно – совсем не ожидаемое чудо, которое не ждёт отказа от него.
В Иерусалим ехали без остановок в святых местах. Разве что заправить машину.
В старый город въехали через Яффские ворота. А в нём приехали в армянский квартал. Галина машину оставила возле кафедрального собора Святых Иаковов (если память мне не изменяет).
Она решила посетить его. Нам же Галя посоветовала пройти к Храму Гроба Господня. А возле него также посетить один маленький храм в жилом доме. Вход во двор этого дома находиться на той площади, что и вход в Храм Гроба Господня. Если быть точным, то напротив. По одной из легенд в этом доме приняла Успение Пресвятая Богородица.
Встретиться договорились на этом же месте с предварительной договорённостью по времени.
Мы шли по обезлюдевшему старому городу. Иногда встречались одинокие страждущие. Рынок в основном состоял из уже закрытых лавок, магазинчиков. Было интересно сравнить ту дневную суету и почти полное безлюдье.
Храм Гроба Господня ещё был открыт. Мы же открыли калитку в глухом высоком заборе и вошли во двор. На верёвках висело для просушки бельё. Двор жилого дома был пуст.
Поднялись по наклонной наружной деревянной лесенке и вошли в небольшое пространство. Оно было храмом.
Священник читал службу. Кроме него, нас и ещё двух человек, в святом месте больше не было никого. Те двое оказались с Украины. Они ещё поразились, что в этом месте, где есть реликвии от Богородицы, практически нет никого.
Мы поклонились реликвиям, приложились к иконе Богородицы, поставили свечи. Хотя, во время службы их не принято ставить. Но учитывая, что мы были ограничены по времени, да проститься нам.
Неспешно мы вышли на площадь. И, как оказалось, очень даже вовремя.
Начался ритуал закрытия дверей Храма Гроба Господня (по времени было за 19 часов).
Как ни странно, но площадь была полна желающими узреть этот процесс.
Исполняющий ритуал закрытия дверей по традиции был из рода Нусейбе. Но не тот, с кем меня знакомили Исаак с Петровичем Цветковым. Нусейбе виднее.
Ключарь стоял на высокой лестнице, опиравшейся на закрытые двери. Он навешивал старинные массивные замки. Сколько их надо было повесить, сказать трудно.
Закрыв последний замок, служитель наверху одного дверного створа отворил заветную филёнку и бросил ключи внутрь Храма Гроба Господня.
На этом ритуал закончился.
Но идти на встречу с Галиной нам оказалось рано. Программа нашего пребывания в сердце веры преподнесла нам очередное чудо.
Ритуал закрытия наблюдали стоя рядом с нами группа молодых монахинь, одетых в особую форму. Между собой они общались на русском языке.
Мы вступили с ними в диалог. Оказалось, что они из Александровского подворья.
Нам его посетить в такое время только и не хватало. Проводили сестриц до порога входа в подворье. Благо идти совсем рядом. По дороге я поведал им об иконе «Царские дети», исполненную женой Петровича Цветкова – Ольгой. Это их заинтересовало, а нас заинтересовала возможность посетить Александровское подворье. Но, время уже было не для посещений.
Сестрицы пообещали поговорить с матушкой. Мы остались стоять в ожидании вердикта.
Ждать пришлось не очень долго. Двери отворились, и одна из сестриц пригласила нас войти внутрь, но с некой осторожностью – Крыльцо в ремонте. Ждём приезда Патриарха Московского и всея Руси!
В подворье нас провели в кабинет к матушке. Она оказалось очень молодой, чуть ли не ровесница сестриц (прости Господи).
Я объяснил, что знаю того, кто писал икону «Царские дети», специально заказанную для подворья. И от имени всех выразил желание её посмотреть и поклониться.
Нас спросила о другом знакомстве, тоже по имени Ольга, которая сделала здесь в подворье часовню Пресвятой Богородицы. Мы, к сожалению таковой Ольги не знали.
После небольшого разговора, матушка повела нас по подворью. В огромном пространстве, находиться основная реликвия – «Порог судных врат». Справа от них на стене висела упомянутая икона. Я уже описывал её, когда побывал здесь первый раз.
В очередной раз я откалибровал себя в «Игольном ушке» – этот лаз в городской стене предназначен для ночных путников. Он всегда в старинных городах располагался рядом с воротами, закрывавшимися на ночь.
Потом матушка открыла дверь, расположенную у другого края стены и напротив основной реликвии. В это пространство я входил первый раз.
Нашим глазам предстала невероятной красоты часовенка, выполненная из карельской берёзы с иконой Пресвятой Богородицы в середине. Сооружение всё горело и светилось в освещении.
Скажу честно – Отсюда не хотелось уходить.
После сего, нас отвели в Храм Александра Невского. В нём поразило количество икон. Поставить свечи нам не удалось, но поклониться и приложиться ко многим ликам удалось.
Учитывая позднее время, мы не стали задерживаться в подворье. С радостью поблагодарили матушку, и пошли на встречу с Галей.
Наше состояние можно описать примерно так – «Всё было как во сне. Старый город имел уличное освещение, но оно светило никому. На пути встречались здания, но окна в них были темны. И было непонятно, есть ли за ними внутри домов, человеческая жизнь.
Пустой старый город в ночном освещении блестел дорожным камнем, отполированным миллионами, а может и большим исчислением, подошв.
От безлюдья, голову охватывал мистический страх! Он был вызван тем, сколько здесь пролилось крови и пало жизней за веру, что он хранил!».
Слава Богу, мы самостоятельно вышли к заранее обусловленному месту встречи.
Находясь в машине чувство мистики, охватившее голову, отступило.
Галина повела машину на Масличную гору. Проехав Гефсиманский сад, она повернула направо по дороге круто ведущей наверх. Мы вспомнили, что, будучи в Израиле с Иваном, Галина возила нас по ней на смотровую площадку. Но она, проехав немного, остановила машину у глухой стены с калиткой. Оказалось, что это почти тёмное место и есть конечная цель нашего движения.
Группой подошли к очертаниям калитки. Галина нажала на кнопку домофона.
На вопросы женского голоса – Кто мы? Что нам надо?
Галина со скромностью в голосе ответила – Православным помолиться!
Замок щёлкнул и мы вошли. А Галина открылась – Гефсиманская обитель! Но странным было то, что Иван взял с собой пластиковый пакет-сумку, а в ней большая фотография св. Елизаветы Фёдоровны (конечно в чёрно-белом исполнении). Ту, где она в белом красивом одеянии, стоит в три четверти оборота напротив горшка с высокими садовыми лилиями
Мы вошли на небольшую площадку. Слева была пристройка, где сидела сестра привратница. Это она задавала нам вопрос и потом открыла калитку.
Галина сказала, что нам надо идти вот по этой лесенке наверх. Наша группа неспешно пошла по ступенькам. Пройдя небольшое расстояние освещение выключилось. На что Галина без удивления отреагировала – Каждый раз, когда я бываю здесь, освещение всегда выключается.
Мы поднимались по каменной, широкой извилистой лестнице, ведущей нас в святое место в атмосфере аромата, источаемого невидимыми благоухающими растениями и деревьями, но хорошо ощущаемого обонянием! Растительность была видна сплошной стеной в слабом городском отсвете.
Лестница закончилась на дорожке с небольшим уклоном вверх, ведущая к храму св. Марии Магдалины в Гефсимании. Здесь уже было нормальное ночное освещение. Справа по движению из флоры выплыл стоящий за ажурным металлическим забором, немного поодаль от дорожки небольшой домик.
Храм встретил нас своей ночной красотой, возникающей от специфического его освещения.
С вопросом – «Куда идти дальше?», мы остановились в размышлении.
На наше счастье из темноты вышла и вошла в подклет храма сестрица. Мы, что естественно было с нашей стороны – за ней.
Нас встретило хорошо освещённое пространство трапезной. Длинные на всю его длину стояли столы под скатертью, но не накрытие. На стенах висели фотографии Елизаветы Фёдоровны, а также и другие с моментами из её жизни.
Вполне естественно, что на нас обратили внимание с вопросом – Что нам надо?
Иван достал фото и начал объяснять сестрицам, что ему хотелось бы поставить на память о посещении сей обители какую-нибудь печать на это фото.
Сестрицы никак не могли понять, какая именно нужна печать.
На наше счастье, в момент уточнения просьбы Ивана, появилась игуменья. Как оказалось её звали Елисавета. Она выслушала просьбу Ивана. И ответила, что официальную печать обители на фото она не поставит.
Встреча как бы зашла в тупик.
И тут Иван сказал, что мы из Архангельского, а в селе Ильинское мы часто бываем. Напомню, что в этом селе была дача рода Романовых. В ней проживали московский генерал-губернатор великий князь Сергей Александрович с супругой Елизаветой Фёдоровной.
Игуменья помягчела прямо на глазах.– Сейчас будет служба, а после неё приходите ко мне в домик и поговорим. Про Архангельское я тоже хорошо знаю. Бываю там, когда посещаю Ильинское.
Мы поднялись к входу в храм. На площадке перед храмом нас встретил трёхцветный – бело-рыже-чёрный кот (а может кошечка – точно не скажу) и позволил сфотографировать себя.
Службу проводил священник. Во время её мы скромно стояли рядом с дверями.
По окончанию мы, как и все кто был на ней, в порядке очереди подошли к игуменье и получили её благословение. После того приложились к мощам св. Елизаветы Фёдоровны и инокине Варвары.
Исполнив все ритуалы, наша группа направилась в гости к игуменьи в тот домик, что мы прошли. Котейка проводил нас по-своему – Мао!
Матушка была уже у себя. Совершенно непонятно, как она оказалась дома быстрее нас, не обгоняя нашу группу по дорожке.
Игуменья нас ждала, так как был уже готов чай и на пятерых сервирован стол.
Матушка принимала нас в комнате, расположенную сразу при входе. Обстановка была очень скромная. В ней кроме мебели расположились три больших разноцветных попугая. Вокруг да около по комнате ходили коты (может кошечки), большого размера и все разной масти.
Из разговора за чаем мы кое-что узнали о ней – родилась Елисавета в Сербии. Сюда её назначили из Австралии. Из мирского игуменья очень любит писать акварелью. Кое-какие работы украшали домик.
Со своей стороны мы рассказывали об Архангельском, Ильинском. Правда, чувствовалось, что мы рассказывали ей известное. А про Ильинское, даже в некоторых моментах, она знала больше нашего. Но всё одно – ей было приятно встретить нас.
В один момент в разговоре Иван вернулся к фотографии Елизаветы Фёдоровны, и какую отметку хотелось бы оставить на ней на память. После очередного нашего разъяснения, игуменья предложила такой вариант. Мол, в обители есть печать для сувенирной печатной продукции. Мы обрадовано высказались, что именно такая нам и нужна.
Матушка ушла вглубь жилища и вернулась с коробочкой. Цель была достигнута.
У Ивана с собой оказалась не только упомянутая фотография. Он, как знал, захватил с собой в поездку и свой альбом с видами Израиля из предыдущей поездки. После того, как в альбоме от автора появилась дарственная надпись, он был вручён.
Игуменья с благодарностью приняла этот дар.
Со своей стороны она достала четыре небольшие книжечки-сборники – «ХРАМ. ЛЮДИ. СУДЬБЫ. ГЕФСИМАНСКАЯ ОБИТЕЛЬ», которые были иллюстрированы не только фотографиями, но и её акварелями.
После подписания ею, каждому из нас был подарен этот бесценный подарок. Приведу надпись из моего экземпляра – «На молитвенную память Александру. От игуменьи Еисаветы с сёстрами Гефсимании. Св. Гефсимания. Иерусалим. 17го окт. 2012».
Засим, наша аудиенция была закончена.
Мы спустились вниз к машине как на крыльях. Можно представить себе, какие чувства переполняли нас.
Забегая вперёд по времени, скажу так. Мы встретились с игуменьей Елисаветой ещё раз.
Встреча произошла во время совершения одного из Елисаветинских крестных ходов, в котором Иван и я, по возможности и по нашему состоянию здоровья, всегда принимали участие.
Сам ход начинается в с. Ильинское и стартует от храма Ильи Пророка. Заканчивается он в Усово у «Елисаветинского центра».
В Усово рядом со Спасским храмом к проведению такого хода всегда организовывается ярмарка в быстровозводимых шатрах. Так вот, в одном из шатров, была представлена Гефсиманская обитель. Работали в шатре сестрицы. Я приобрёл в нём вязанные сестрицами из обители чётки из красных и белых нитей. Когда мы были в обители в поздний час, купить на память о пребывании в ней, нам ничего не удалось.
Иван тоже на ярмарке сделал подарок в свой дом.
Мы увидели игуменью там совершенно случайно. Но эта встреча была мимолётной. Оно и понятно – у неё были запланированы торжества, встречи и всё, что связано с праздником.
И на том благодарим!
Отдышавшись в машине, мы, было, собрались трогаться в обратный путь. В это время Галине поступил звонок. Звонила Паола и пригласила посетить её в Бат-Яме. Мало того, ещё и посидеть в кафе, том, что возле отеля её проживания.
Нам только этого, для чудесного завершения такого чудесного вечера, не хватало.
Встреча с Паолой принесла всем, а ей особенно, много объятий, радости. Со стороны поглядеть – чисто родственники.
Кафе находилось прямо на песчаном морском берегу, как очень многие подобные заведения, если есть морской берег.
Мало того, Паола, как, оказалось, постоянно пользовалась им по назначению. А посему, ей хорошо было известно местное меню. Выбор блюд, что естественно было для нас, она взяла на себя.
В качестве напитков с градусом на ночь глядя в прямом смысле, консенсусом решили пить пиво. Напомню, что местное пиво «Золотая звезда», равно, как и виноградные вина, значительно выросли в качестве.
Наши аппетиты остановились на одном примечательном заказе – пятилитровая ёмкость в виде высокого прозрачного стеклянного цилиндра с краником внизу.
Нас обслуживала девушка. Закуски они принесла довольно таки быстро. А вот с пивом произошла заминка.
Когда она появилась с этим заказом, мы так и ахнули от жалости к ней.
Ростом официантка и ёмкость с пивом были по высоте почти одинаковы. При гордом движении к нашему столику она шаталась с хорошей амплитудой, под тяжестью нашего заказа. Было такое ощущение, что она сейчас вместе с ним и рухнет. Но, слава Богу, заказ был доставлен к столу в целости и сохранности.
Конечно, вся конструкция с пивом, выглядела к столу очень достойно. Но самое интересное, что ещё больше поразило нас, было то, что в середине цилиндра с пивом проходил ещё один – со льдом.
Вечер прошёл очень душевно и с большим количеством юмора. В этом первенство держали Иван и Паола. Из Ивана анекдоты сыпались, как горох из мешка, и именно все те, что были накоплены им за жизнь.
Паола, похоже, тоже накопила смешные истории за всю свою жизнь, которая прошла в Большом.
После того, как всё съели и выпили, участники застолья решили расходиться на ночь по домам. И тут балерина предложила подняться к ней на кофе. Все культурно отказались, кроме меня. Хотя, надо заметить, что я кофе не пью.
Но, я остался, а друзья уехали.
Мы вдвоём ещё походили по набережной. В одном месте посидели под шум волн. О чём-то много говорили (сейчас уже не припомню). Потом в номере без всякого кофе, Паола легла спать на привычное для неё месте. Мне тоже досталось почти привычное место – рядом с кухней.
Утром мы сидели на балконе номера, который был на очень высоком этаже. Пили кофе, завтракали, а поевши потом перешли к вину.
Вид на море, Бат-Ям, с такой высоты был потрясающий.
И опять о чём-то непрерывно говорили.
Забегая по времени вперёд так скажу. Паолу я видел ещё один раз. Она по каким-то делам приехала в Москву и позвонила мне. Я приехал к ней в гости на Ломоновский проспект. Купили всё, что нам надо и отметили нашу встречу. Опять же говорили много, и, как всегда, было много смеха. Насмеялись допоздна. Я остался на ночь в гостях.
После этого мы перезванивались до одного странного момента. Паола перестала отвечать на звонки, а вместо её слов иногда были слышны какие-то странные слова.
Потом Галина поведала мне печальную весть.
Наше общение на балконе прервали приехавшие в середине дня друзья. Оказалось, что нас в гости ждёт Лиля (напомню – актриса из театра Гешер), которая проживала недалеко здесь же в Бат-Яме.
По дороге, мы как культурные люди, купили цвета и сухого вина.
Подъехав по нужному адресу, Галина случайно припарковала машину у крупных осколков какого-то большого расписного кувшина. Увидев их, она ажно затряслась от находки. Перед тем как идти к Лиле, она начала нас уговаривать, на предмет срочной погрузки их в багажник. На наши отговорки – мол, потом. Ей не терпелось владеть ими – Могут унести!
Ваня и я начали заниматься черепками. Они оказались вылитыми из бетона. На видимую их лёгкость, мы совладали с ними с трудом.
Лиля проживала в довольно таки большой квартире на последнем этаже высотного здания. Складывается впечатление, что для парирования жары, в Израиле если есть возможность, то живут в очень просторных помещениях.
Накрытый «лёгкий» стол уже ждал нас. А лёгкое вино от нас ему добавило неповторимого антуража.
Встреча занялась душевно. А вкусив, Лиля предложила подняться на второй уровень квартиры.
Поднимаясь по лесенке, я обратил внимание на два замечательных портрета хозяйки, написанные знакомой мне рукой.
– Это работы мастера! – прокомментировала она. Я-то знал, что под «мастером» она понимала Петровича Цветкова. Я их сфотографировал и потом показал автору.
Второй уровень, как, оказалось, был крышей, приспособленной для культурного времяпрепровождения. На ней был сделан навес под камышом. Внутри его пространства стоял диван и столик.
Но более всего нас впечатлил панорамный вид города в лучах закатного Солнца.
Наше общение расширилось с приходом Лилиного жениха. Всё бы ничего, но тонкая сотканная душевная ткань нашего общения, была нарушена. Немного посидев ещё немного, мы решил попрощаться.
Ночевать поехали, естественно к Гале. Про магазин, состояние Жени – Галиного мужа, повторяться не буду. Даже вечер на коврах проходил по привычному для нас сценарию.
Моя ночёвка в падающих плодах дала мне возможность ощутить десять отличий от комфортного спанья в отеле, в сравнении со свежим воздухом под деревом.
Некую новизну и свежесть в проживание у Гали, утром внёс её супруг. Дождавшись момента, когда Иван вышел из дома на свежий воздух, Женя предложил ему отличиться – У меня есть краски в баллончиках. Предлагаю расписать вон ту стену двора. Сюжет на твоё усмотрение!
Иван, как художник, не смог отказать заказчику.
И работа закипела.
В итоге вся отштукатуренная стена неизвестного соседского строения, имевшая габариты – длинной не менее 10 метров и высотой не менее 2 метра, была расписана графити из баллончиков.
Сюжет был в урбанистическом стиле, но выполненный в высокохудожественном вкусе. Дома, пальмы, море, Солнце, машины! До детализации и нюансов дело не дошло – краска закончилось.
Вышедшие после сна во двор Сергеевна, а потом и Галя, так и ахнули от увиденного!
Засим, через некоторое время, с лёгким сердцем, мы поехали к Маше!
Продолжение следует
Свидетельство о публикации №126111006553