Лицом к стене

          "его чрезмерно узкое лицо
                подобно шпаге"

Широкое, лопатой борода,
в плечах - сажень,
разит вином и луком.
И сапожищи.
Навзничь города
и в стельку бабы.

Навсегда - разлука.

На ляжке маузер,
на поясе - кинжал,
сознание - в пределах прокламаций.
Буржуй бежал, да и кадет бежал.
Лицом - к стене
и нечего ломаться.

Влупила очередь в распахнутую грудь,
на выдохе, в последней букве крика.

Братишка, ты "Гренаду" не забудь ...

А по весне трава и земляника,
да россыпи "куриной слепоты"
поднимут стебли (лютики лютуют),
земля и кровь сольются.
Всё - на "ты".

Исполнит дождик песенку простую.

Ах, если б знал гад, что тут станет впредь,
как извернётся грамотный историк -
ты б пожелал в постели умереть.
Да не судьба.
Такая вот love story.

Стрелял в тебя тщедушный офицер,
о ком стихи написаны с размахом.
Октябрь, мрак, смерть, траншея, труп - в конце.
Невероятно, белая рубаха
о пол подвала вымазана вдрызг -
земле родной такое безразлично.

Суд семечки подсолнечные грыз.
Стране служил,
всё исполняя,
лично.


Рецензии