континент на двоих

Я помню не тебя - я помню собственное преображение,
когда привычный мир утратил прежние очертания и вес.
В тот вечер даже сумерки казались откровением,
а воздух источал медовый запах неизвестных мне чудес.

Ты был подобен древнему пророчеству, забытому оракулом,
чьё эхо пробуждает камень в недрах пирамид.
Я шла к тебе сквозь собственные лабиринты, переулками,
не зная, что за каждым поворотом что-то прежнее молчит.

И разве можно объяснить, каким законом управляется притяжение,
когда два разных мира вдруг находят общий континент?
Когда одно случайное «побудь» сильнее, чем любое убеждение,
а краткое мгновение вместительнее, чем целый век?

Мне виделись в твоих чертах античные божества,
медлительность мадонн и гордость падших королей.
Я находила в каждой линии особое родство
с прекрасным, что не предназначалось для обычных смертных дней.

Но красота любви, пожалуй, вовсе не в сиянии легендарном,
не в том, чтоб воспевать друг друга на торжественном холсте.
Она живёт в мгновении почти неблагодарном -
когда тебя не украшают, а находят подлинным в простоте.

И вот однажды, среди тысячи чужих повествований,
я осознала: невозможно возвратиться в прежний плен.
Ты не оставил мне ни обещаний, ни предписаний,
но что-то во мне изменилось бесповоротно, насовсем.

Теперь, когда над крышами сгущается чернильная прохлада,
я различаю вдалеке созвездий медленный разбег.
И понимаю: для любви не обязательно быть рядом,
порой достаточно, что кто-то стал частью твоих внутренних рек.

Не спрашивай, была ли эта встреча роковой,
какой печатью отмечен каждый наш неверный шаг.
Ведь даже если нас не свяжет путь земной,
ты был той редкой истиной, которой не придумать просто так.

И если мир однажды перепишет все свои предания,
сотрёт с небес названия созвездий и морей,
останется одно необъяснимое воспоминание:
как среди миллионов судеб я узнала глубину одной из них —
и стала чуть светлей.


Рецензии