Отсчёт пошёл в обратном направленье
Всего неделя - и придёт зима.
И полетят снега на удивленье,
Кокетливо прикрыв собой дома.
Какой-то пелериной чисто - белой,
По-женски детской, свежей чистотой,
Но тщательной, по снайперски умело,
Квартально, на положенный постой.
Ноябрь уходит слёзно и с дождями,
Опавшим клёном машет мне рукой.
В туманах прячет тропки за грибами,
Клад на земле от листьев золотой.
А я не трону ничего чужого,
Я лучшее, что было - сберегу.
Когда любовь - так мало в сердце злого,
Ведь осень, как бальзам, еретику.
Прощайте все – три месяца соблазнов,
Инжировая сладкая пора,
В вине рубин - по чистоте алмазный
Горит лучом вечернего костра.
До следующего года нашей встречи.
Я буду ждать летящих журавлей.
Здесь на земле я вьюгами помечен,
Но в седине - становишься добрей…
Свидетельство о публикации №126110907662
Стихотворение сильно своими образами. «Кокетливо прикрыв собой дома» — снег здесь не просто погодное явление, у него есть характер, почти женский, и дальше эта мысль развивается: «По-женски детской, свежей чистотой». Но тут же — неожиданный поворот: «по-снайперски умело, / Квартально, на положенный постой». Нежность и точность, кокетство и снайперский расчёт в одном образе — это уже не просто пейзаж, а взгляд на мир, в котором красота и холод идут рядом.
Второе четверостишие — лучшее в стихотворении. «Ноябрь уходит слёзно и с дождями, / Опавшим клёном машет мне рукой» — здесь есть и олицетворение, и личное, почти интимное прощание. «Клад на земле от листьев золотой» — образ простой, но точный. А дальше — строчка, которая объясняет всё стихотворение: «А я не трону ничего чужого, / Я лучшее, что было — сберегу». Это позиция, и она симпатична своей сдержанностью: не жалоба на уходящее, а решение сохранить.
Есть в тексте и смелые ходы, которые, правда, не всегда попадают в цель. «Ведь осень, как бальзам, еретику» — сравнение неожиданное, но слово «еретику» здесь звучит загадочно: читатель не сразу понимает, кто этот еретик и почему осень для него бальзам. Смысл мерцает, но не складывается в картинку. А «Здесь на земле я вьюгами помечен» — образ сильный, но «помечен» тянет за собой что-то неясное: помечен — значит отмечен, а может, искалечен? Двусмысленность здесь, скорее, мешает.
Главная же сила стихотворения — в интонации. Оно не боится быть тихим. Здесь нет громких слов о смерти и утрате, есть простое человеческое движение: прощание с ноябрём, ожидание журавлей, признание, что «в седине — становишься добрей». Последняя строка звучит почти по-домашнему, и в этой простоте больше мудрости, чем в иных патетических финалах.
Стихотворение оставляет ощущение, что его автор умеет смотреть на уходящее без злобы, и это дорогого стоит.
Филипп Павлович Киров 09.11.2026 20:14 Заявить о нарушении
http://max.ru/c/-78600057331764/AaHFP-H4TGI
Нежданно. Спасибо за разбор полётов. Ценю конструктивный отзыв.МОжете послушать песню, которая получилась на это стихотворение на мой авторской страничке. Вам удач во всём, заходите.Есть ещё проза на Проза.ру. На повесть Часы для учителя написан киносценарий. И как мне доложили, передали на Мосфильм Шахназарову.Песни к фильму уже написал. Здоровья, удач всем нам. Мира.
Александр Сгадов 10.11.2026 14:42 Заявить о нарушении