Департамент лишних квадратных метров

--------,
ДЕПАРТАМЕНТ ЛИШНИХ КВАДРАТНЫХ МЕТРОВ

Дело № 105. УПЛОТНЕНИЕ

Философская интеллектуально-сатирическая поэма в семи актах по мотивам жилищного гротеска Михаила Булгакова

---

I. Заявление о лишней площади

В бюро учёта лишних стен
Пришла квартира на Садовой.
Ей дали номер и взамен
Велели стать передовой.

Шесть комнат, печь, рояль, буфет,
Стол у окна под лампой старой.
Здесь жили люди много лет,
Но план готовился к поправкам.

— На что жалуетесь?

— На план.

— Но план составлен безупречно!

— На нём не видно ни стола,
Ни лампы, что горит под вечер.

— Всё это вещи. Нам нужны
Размеры, площади и нормы.
Мы для жилищной новизны
Должны менять старинные формы.

— Но вы измерили мой пол,
Мои углы и потолки.
А для чего здесь нужен стол —
Не спрашивали.

— Пустяки!

Начальник взял карандашом
Отметку возле коридора.

— А третий угол?

— Занят шкафом.

— Четвёртый?

— Письменным столом.

— Прекрасно! Значит, есть излишек.
Здесь можно койку поместить!

— Но я не стала ни на метр
Просторней!

— Надо потеснить.

— Куда же шкаф?

— Поближе к печке.

— А стол?

— К окну.

— А там кровать.

— Переставляйте ваши вещи!
Вам что, приятно возражать?

— Но если вы сдвигаете мебель,
Не прибавляя ни стены,
Откуда место для постели?

— Из установленной нормы!

Квартира дрогнула полами.

— Скажите, если вас впустить,
Вы сможете одними планами
Меня просторней сделать?

— Нет.

— Тогда что будете делить?

Начальник помедлил над бланком.

— Не помещение, гражданка.

ПОЛОЖЕННУЮ ПЛОЩАДЬ.

— Но это ведь одно и то же?

— Не обязательно. У нас
Для каждого из этих случаев
Имеется отдельный приказ.

В графе «Предмет» возникла строчка,
И секретарь поставил знак:

ИЗЛИШЕК ЛИЧНОГО ПРОСТРАНСТВА.

Квартира вздрогнула.

— Вот как...

Она взглянула на свой план.

На нём, у письменного стола,
Между окном и старым шкафом
Чужая койка уже стояла.

---

II. Экспертиза квадратного метра

Вошёл Аршин. За ним — Рулетка.
Потом явился Метр с линейкой.
На всех — казённые жилетки,
В руках — расчётные тетрадки.

— Вы мерили эту квартиру?

— Измеряли.

— Что нашли?

— Четыре метра до окна,
Пять метров вдоль другой стены.

— А сколько места для жильцов?

— Простите, это не ко мне.

— Но вы же Метр!

— Да. Я длину
Считаю точно на шкале.

— А сколько человеку нужно
Для сна, для жизни и труда?

— Таких делений на рулетке
Мне не давали никогда.

— Так вы отказываетесь мерить?

— Напротив. Я готов сейчас.
Но мера не должна ответить
На то, о чём её не спрашивали.

Секретарь нахмурился.

— Вы слишком много говорите
Для простого измерителя!

Метр ответил:

— Говорю я мало.
Вот посмотрите на шкалу.

Он положил линейку на стол.

— Здесь двадцать точных сантиметров.
Хотите — разделю на десять.

— Получим двадцать промежутков?

— Получите двадцать делений.

— Значит, места станет больше!

Метр посмотрел на председателя.

— Линейка станет той же длины.

Вызвали Площадь.

Она пришла без украшений,
Без цели что-нибудь скрывать.

— Вы можете делиться?

— Могу.

— А множиться?

— Смотря как считать.

— Вот, скажем, хлеб. Один большой.
Разрежем хлеб на две половины.

— Получим два куска.

— Прекрасно!

— Но хлеба будет ровно столько,
Сколько лежало до разреза.

Председатель обрадовался:

— Зато теперь два куска!

— А если четвертовать?

— Четыре!

— А если разделить на восемь?

— Восемь!

— Тогда каков предел?

Председатель замолчал.

Площадь ответила:

— Кусочков может стать немало.
Но хлеба больше не прибавится,
Как бы вы тонко ни нарезали.

— Не путайте жильё с буханкой!

— Тогда не путайте и вы
Число перегородок в доме
С количеством самой площади.

Председатель постучал по столу.

— Вот что за удивительный народ!
Даже простая геометрия
Здесь возражения даёт!

Рулетка щёлкнула пружиной,
Свернулась в тесный жестяной футляр.

— Вы почему прекращаете работу?

— Все величины я измерила.

— А потребности?

— Это не мой товар.

Секретарь подвёл итог:

РАЗМЕРЫ УСТАНОВЛЕНЫ ТОЧНО.
ПОТРЕБНОСТИ — ПРЕДПОЛОЖЕНЫ.
ПЛОЩАДЬ ПРИЗНАНА ДЕЛИМОЙ.
УПЛОТНЕНИЕ ПРЕДЛОЖЕНО.

Квартира тихо попросила:

— А можно вызвать тех,
Кому вы предложили
Здесь жить?

— Разумеется.

И в коридоре
Послышались шаги.

---

III. Встречная жалоба подвала

Вошли втроём.

Отец — в фуражке,
Мать — в выцветшем пальто.
И мальчик, кашлявший так часто,
Что мать вздрагивала при каждом «кхе».

Отец поставил чемодан,
Прижал фуражку к голове.
Её он снять хотел — и снова
Поправил козырёк рукой.

— Откуда прибыли?

— Из подвала.

— Условия?

— Вода и плесень.

— А почему сюда явились?

Мать ответила:

— Нас сюда послали.

— Вы сами выбрали квартиру?

— Нет.

— А просили эту комнату?

— Нет.

— Тогда зачем вы здесь?

Она достала направленье.

— Нам сказали: «Там излишек есть».
Вот этот адрес, вот печать.
Нам больше некуда идти,
И сына негде согревать.

— А прежнее жильё?

— В подвале.
Там по стене течёт вода.
Зимой бельё не высыхает,
А по ночам — такая стужа...

Она не договорила.

Мальчик кашлянул.

Отец погладил край фуражки,
Не поднимая глаз.

— Я на заводе день работаю,
А ночью воду вычерпываю.
Когда мороз, она у двери
Становится тонким льдом.

— Вам требуется сухая комната?

— Да.

— А если сюда вас поселят?

Отец посмотрел на Писателя.

— Мы не хотим никого выселять.

— Но вы пришли с направлением.

— Пришли.

— Следовательно, согласны?

Отец сжал фуражку.

— Мы согласны, чтобы ребёнок
Не спал в воде и холоде.
Кого здесь следует потеснить,
Нам не объяснили.

Вызвали Писателя.

Он вышел к столу,
В чернилах пальцы, рукав потёрт,
Под мышкой — недописанный лист.

— Вы занимаете кабинет?

— Да.

— Для чего?

— Для работы.

— А почему не пишете в спальне?

— Там спит жена.

— А на кухне?

— Там готовят.

— А в коридоре?

— Там проходят.

— Значит, вам необходима
Именно эта комната?

— Мне нужен стол,
Немного света и тишина,
Чтобы закончить рукопись.

— А если поставить здесь кровать?

— Куда?

— Возле шкафа.

— Там проход.

— Уберём шкаф.

— В нём книги.

— Перенесём.

— Куда?

Председатель положил карандаш.

— Вы задаёте слишком много
Бытовых вопросов.

Писатель ответил:

— Они возникли после того,
Как вы решили наш быт.

Мать подняла руку.

— Простите...
Мы не хотим мешать работе.
Нам сказали, что у вас
Есть свободное место.

Писатель посмотрел на мальчика.

Тот прижался к матери.

— Свободного места здесь мало.

— А нам сказали — много.

Писатель поднял чертёж.

— Вот здесь, смотрите, мой стол.
Здесь шкаф. Здесь дверь. Здесь печь.
А койка, нарисованная красным,
Стоит поверх моих вещей.

Мать провела рукой по плану.

— А нашу кровать
Вы куда бы поставили?

Он посмотрел на комнату.

— Не знаю.

— А мы куда теперь пойдём?

Он снова посмотрел на мальчика.

— Не знаю.

Комиссия замолчала.

Два человека говорили правду.
Один нуждался в тишине,
Другой — в сухой постели.

И ни один не требовал,
Чтобы другой остался на улице.

Отец наконец снял фуражку.

Положил её на чемодан.

— Граждане, мы ведь не виноваты,
Что нас направили сюда.

Председатель оживился:

— Никто вас и не обвиняет!
Вы действуете по закону!

Писатель тихо спросил:

— А закон велел вам
Нарисовать койку на моём столе?

Председатель нахмурился.

— Не переходите на личности!

— Я спрашиваю про стол.

— Стол будет рассмотрен отдельно.

И секретарь объявил:

— Вызвать Письменный стол.

---

IV. Допрос письменного стола

Вошёл тяжёлый дубовый Стол.
Четыре ноги, три ящика,
След от стакана, чернильный след
И старая царапина на краю.

— Чем занимаетесь?

— Стою.

— А для чего предназначены?

— Когда-то за мной обедали.
Потом играли в карты.
Теперь на мне пишут книги.

— Значит, вы многоцелевой!

— Я просто Стол.

— А если сегодня на вас
Будут обедать новые жильцы?

— Пусть обедают.

— А Писатель?

— Пусть пишет.

— Одновременно?

Стол скрипнул.

— Поставьте рядом суп и рукопись.
Попробуйте не пролить.

Председатель обрадовался:

— Значит, проблема решена!
Составим график пользования.

— Какой?

— С семи до девяти — завтрак.
С девяти до двенадцати — письмо.
С двенадцати до двух — обед.
С двух до шести — письмо.

— А если мысль придёт в обед?

— Пусть запишет после.

— А если ребёнок проголодается
Во время письма?

— Пусть подождёт.

— А если мысль уйдёт?

— Пусть вернётся!

Стол ответил:

— Я видел много людей.
Мысли редко возвращаются
По приказу.

Председатель разозлился:

— Вы что, тоже писатель?

— Нет. Я Стол.

— Тогда молчите!

Вызвали Часы.

Они явились ровно в полдень.

— Вы можете прибавить час?

— Нет.

— А разделить?

— Могу.

— И сколько будет?

— Две половины.

— А целых часов?

— Один.

— Но ведь можно поделить
Один час между двумя людьми!

— Можно.

— Значит, каждый получит час!

Часы пробили один раз.

— Нет.

— Почему?

— Потому что половина часа
Не становится целым часом
Оттого, что вы её
Так назвали.

Председатель покраснел.

— Вы все здесь против уплотнения!

Стол ответил:

— Я не против уплотнения.
Я против того,
Чтобы на меня ставили суп
И одновременно писали книгу,
А потом удивлялись,
Что страницы пахнут капустой.

В эту минуту ребёнок
Потянулся к чернильнице.

Она качнулась.

Писатель успел поймать её.

Но капля чернил
Упала на белый лист.

Мать вскрикнула:

— Простите!

Писатель посмотрел на пятно.

— Ничего.

Он промокнул чернила.

Слова расплылись.

Секретарь записал:

СОВМЕСТНОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ СТОЛА
ПРИЗНАНО ВОЗМОЖНЫМ.
РАСПИСАНИЕ ПОДЛЕЖИТ УТОЧНЕНИЮ.

Стол ничего не сказал.

На его крышке
Осталось синее пятно.

---

V. Ночная комиссия тишины

В полночный час пришла Тишина,
За нею Сон, едва живой.
А Бессонница у окна
Качала головой.

— Вы кто? — спросил председатель.

— Я Тишина.

— Где проживаете?

— Пока нигде.

— Почему?

— Меня выселяют отовсюду,
Где слишком много людей.

— А прежде где находились?

— У этого стола.

Писатель кивнул.

— Я помню.

— Вы пользовались Тишиной?

— Я работал в ней.

— Значит, она вам служила?

— Нет.
Она просто не мешала.

Председатель повернулся к Часам.

— Установить ночной порядок!
С полуночи до шести
Всем жильцам спать
И не шуметь!

— А ребёнок? — спросила мать.

— И ребёнок.

— Но он просыпается ночью.

— Приучайте к дисциплине!

Ребёнок заплакал.

Председатель вздрогнул.

— Вот! Нарушение!

— Он голоден, — сказала мать.

— Пусть подождёт до утра!

Часы продолжали идти.

Ребёнок продолжал плакать.

Мать подняла его на руки.

Писатель закрыл рукопись.

— Нельзя приказать младенцу
Не чувствовать голода.

— Но нельзя же совсем
Не соблюдать распорядок!

Вмешалась Бессонница.

— Я здесь ни при чём.

— Как это?

— Я прихожу, когда не спят.
Но заставить человека заснуть
Не умею.

— А вы? — спросили Сон.

Тот зевнул.

— И я не умею приходить
По приказу.

Председатель вскипел:

— Безобразие!
Вы все неуправляемые!

Тишина улыбнулась.

— Я могу быть в комнате,
Где никто не говорит.

Но если кто-то мучается,
Я не могу сделать вид,
Что этого не слышно.

Секретарь записал:

СОН НЕ ЯВИЛСЯ ПО ВЫЗОВУ.
ТИШИНА НЕ ПОДЧИНИЛАСЬ
УСТАНОВЛЕННОМУ РАСПИСАНИЮ.

Председатель приказал:

— Завтра поставить перегородку.

— Зачем? — спросила Квартира.

— Чтобы каждый получил
Свою собственную тишину.

Квартира посмотрела
На тонкие доски у стены.

Ночью из-за них
Уже доносился стук молотка.

---

VI. Перегородка

Наутро явились плотники.
Принесли молотки, гвозди,
Лист фанеры, рулетку,
Уровень и длинную рейку.

Протянули шнур по полу.
Отметили мелом линию.
Вбили первый гвоздь.

Писатель отодвинул стол.

Мать отступила с ребёнком.

Отец придерживал дверь.

Фанера скрипнула.

Её поставили поперёк комнаты,
От шкафа до дверного проёма.

Второй гвоздь вошёл туго.

Третий расколол край доски.

Плотник выругался.

— Ничего, замажем.

Перегородка дрожала
При каждом ударе.

Под самым потолком
Осталась щель.

— Это что? — спросил Писатель.

— Вентиляция.

— А почему щель
Только над моей кроватью?

— Так вышло.

— А её можно закрыть?

— Можно.

— Тогда закройте.

Плотник поднял голову.

— Не сегодня.

Председатель появился к обеду.

— Ну что, готово?

— Готово.

— Две комнаты?

— Две.

— А площадь?

— Та же.

— Прекрасно!

Он прошёл к двери.

Попытался закрыть её.

Но фанерный край
Упёрся в косяк.

Дверь остановилась.

— Что это?

— Не проходит, — сказал плотник.

— Подпилите!

Плотник подпилил.

Дверь закрылась.

С другой стороны
Ребёнок кашлянул.

Фанера мелко задрожала.

С потолка осыпалась пыль.

Писатель посмотрел наверх.

— Слышно?

— Что?

— Кашель.

— Конечно. Ребёнок ведь рядом.

— Но вы обещали
Отдельную комнату.

— И получили!

— А тишину?

Председатель развёл руками.

— Тишина не входит
В строительную смету.

Из кухни потянуло капустой.

Запах прошёл
Через верхнюю щель.

— А запах?

— Это бытовое явление.

Из-под перегородки
Потянуло холодом.

— А сквозняк?

— Устраним при эксплуатации.

Плотник ударил молотком
Ещё два раза.

Один гвоздь вышел насквозь
С писательской стороны.

Писатель заметил остриё
Возле своей руки.

— Простите, а это?

Плотник загнул гвоздь.

— Теперь не уколет.

Председатель улыбнулся.

— Вот видите!
Всё решается на месте.

Секретарь записал:

УПЛОТНЕНИЕ ПРОИЗВЕДЕНО.
ПЕРЕГОРОДКА УСТАНОВЛЕНА.
ЧИСЛО ПОМЕЩЕНИЙ УВЕЛИЧЕНО.

Комиссия ушла.

В комнате стало темнее.

Окно осталось одно.

По другую сторону фанеры
Мать пыталась уложить ребёнка.

Кашель проходил сквозь щель.

Писатель придвинул лампу.

Свет упёрся в новую стену.

---

VII. Дело о неучтённом человеке

Ночью ребёнок заболел.

Он уже не плакал громко.
Только дышал тяжело,
Будто воздух приходилось
Доставать из глубокой воды.

Мать сидела у кровати.

Отец ушёл за врачом.

За перегородкой
Писатель пытался работать.

Первая строка не давалась.

Вторая — тоже.

Он услышал кашель.

Положил перо.

Подошёл к фанерной стене.

— Что у вас?

— Температура.

— Врач вызван?

— Муж пошёл.

— Может, помочь?

Мать ответила не сразу.

— У нас холодно.
От окна дует.

Писатель посмотрел
На свою комнату.

У него было теплее.

Он открыл дверь.

— Переносите ребёнка сюда.

— Но ваш стол...

— Подвинем.

— А рукопись?

— Подождёт.

Мать подняла мальчика.

Писатель отодвинул стул.

Кроватку поставили
Рядом с тёплой печью.

Ребёнок уснул.

Тихо.

Без приказа.

Без графика.

Без разрешения комиссии.

Писатель сел у окна.

Мать поправила одеяло.

Некоторое время
Они просто молчали.

Потом она сказала:

— Я ведь не хотела
Занимать вашу комнату.

— Знаю.

— И вы не хотели
Оставлять нас в подвале.

— Не хотел.

— Тогда почему мы
Оказались друг другу помехой?

Он посмотрел на перегородку.

Фанера чуть дрожала
От ветра в верхней щели.

— Не знаю, — сказал он.

Помолчал.

— Наверное, кто-то решил,
Что если провести черту,
Всё остальное
Само найдёт своё место.

Утром явилась комиссия.

Председатель сиял.

— Как прожили первую ночь?

— По-разному, — сказал Писатель.

— Но ведь разместились?

— Разместились.

— Значит, решение удачное?

Мать подняла голову.

— Сыну было холодно.
Мы перенесли кроватку.

— Куда?

— К соседу.

— Прекрасно!
Вот она — взаимопомощь!

Писатель посмотрел на него.

— Вы не путайте.

— Что именно?

— Мы помогли друг другу.
Но это не значит,
Что ваша перегородка
Стала хорошей.

— Однако люди договорились!

— Да.

— Значит, конфликт исчерпан!

— Нет.

Председатель побагровел.

— Чего же вам ещё не хватает?

Писатель ответил:

— Ничего лишнего.

Потом посмотрел на мать.

— Ей — сухой комнаты.
Мне — места для работы.
Мальчику — тепла.

— Но вы же понимаете,
Что всем всего дать нельзя!

— Понимаю.

— Тогда в чём претензия?

Писатель помолчал.

— В том, что вы назвали лишним
То, чего не измеряли.

Комиссия потребовала
Заключение самой Квартиры.

Она явилась не сразу.

Сначала заскрипел пол.

Потом дрогнула дверная ручка.

И только после этого
Послышался её голос.

— Я стала теснее.

— Но стены не сдвинулись!

— Я знаю.

— Площадь не уменьшилась!

— Я знаю.

— Тогда почему вы жалуетесь?

Квартира ответила:

— Раньше здесь был кабинет,
В котором человек работал.

Теперь здесь две комнаты,
В которых люди живут.

И это само по себе
Не было бы бедой.

Но вы обещали каждому
Его собственное место.

А оставили им
Один общий холод,
Один общий шум
И одну общую стену,
Которая ничего не удерживает,
Кроме вашего чертежа.

Председатель возмутился:

— Вы преувеличиваете!

Квартира ответила:

— Нет.
Я всего лишь перечисляю
То, что произошло.

— Но ведь жильцы
Помогают друг другу!

— Да.

— Значит, система работает!

Квартира тихо спросила:

— А если бы они
Не помогли?

Председатель замолчал.

Секретарь перевернул страницу.

— Что записать в заключении?

Председатель подумал.

Потом торжественно произнёс:

УПЛОТНЕНИЕ ЗАВЕРШЕНО.
ЖИЛЬЦЫ РАЗМЕЩЕНЫ.
ЖИЛИЩНЫЙ ВОПРОС
ПО ДАННОМУ АДРЕСУ
СЧИТАТЬ РЕШЁННЫМ.

Он подписал акт.

Поставил печать.

Свернул чертёж.

И ушёл.

В коридоре ещё долго
Стучали его каблуки.

Квартира осталась.

В одной комнате
Писатель разложил листы.

В другой
Мать укачивала сына.

Вечером вернулся отец.

Он принёс хлеб,
Снял тяжёлые сапоги
И осторожно постучал
В фанерную стену.

— Не мешаем?

— Пока нет, — ответил Писатель.

— А завтра?

— Завтра посмотрим.

За окном шёл снег.

На кухне кипел чайник.

У самой перегородки
Стоял Письменный стол.

На нём лежала рукопись,
А рядом — детская ложка,
Забытая после кормления.

Писатель хотел убрать её.

Потом передумал.

Он придвинул лист бумаги
И начал писать.

За стеной мальчик спал.

На этот раз
Не просыпался.