Сотни ручьев - один поток

Куплет 1:
Не ищи для него параграф,
Не пытайся втиснуть в графу.
Он не герб на бумаге, не трафарет,
Не стоящий в музее шкаф.
Он берёт свой исток из ключей,
Из бегущих в низины ручьёв:
Здесь и горечь седых ковылей,
И горячая алая кровь.
Но не станет рекою вода,
Разольётся в болоте пустом,
Если в небе не светит одна
Куполами увенчанный дом.

Припев:
Казачество — это не клей,
Не печать, не гранит, не устав.
Это сотни бегущих к востоку ветвей,
Свой негласный, неписаный прав.
Это берег — нательный наш крест,
Это русло, где вера тверда.
У него не бывает нехоженых мест,
Где не молятся в час суда.

Куплет 2:
Кто-то скажет: «Служилое братство»,
Государева правая длань.
За пороги, за степь, за богатство
Заслоняли имперскую грань.
Но внутри — не парадный мундир,
А закон, что суровей петли:
Если ручей заболел или сгнил —
Его воды уйдут из земли.
А пришёл со своим ремеслом,
С чистой совестью встал у воды —
Станет братом, плечом и веслом,
Разделив и труды, и следы.

Куплет 3:
Разбегались ручьи по камням,
По наречиям, лицам, родам.
Но текут по единым рукам,
По намоленным с детства следам.
Здесь и тюркский клинок, и аркан,
Здесь и горец, и беглый холоп.
Но в одном только небе — единый курган,
И один под хоругвями окоп.
И когда зачинали детей,
Или шли на чужую войну,
Не искали далёких путей,
А крестом осеняли одну —
Ту, что здесь, под ногами, своя.

Куплет 4:
И не нация в строгих границах,
Не народ, что сидит на корню.
Им всегда на курганах не спится,
Им покой не положен в удел.
Но у каждой разбойной воды,
У любого степного костра
Берега оставляют следы —
Два креста на крутом берегу.
Их держава — не трон и не храм,
А теченье, что держит струю.
Их закон — это то, что ты здесь, а не там,
Если встал защитить колею.

Припев:
Казачество — это не клей,
Не печать, не гранит, не устав.
Это сотни бегущих к востоку ветвей,
Свой негласный, неписаный прав.
Это берег — нательный наш крест,
Это русло, где вера тверда.
У него не бывает нехоженых мест,
Где не молятся в час суда.

Аутро:
Не пытайся загнать под замок
Эту воду, что точит гранит.
Казачество — это поток,
Что любые плотины крушит.
Но пока под хоругвями свет
Держит русло в гранитных тисках,
Для реки невозможного нет,
Если вера жива в веках.