Деточки
Вы наши деточки,
вы же конфеточки,
Цветочки вы наши,
родные кровинки.
С вас, малыши,
ни капли нектара —
Вы нынче с экрана
смартфона
не сводите глаз.
А мы в ваши годы
гуляли до ночи,
И один только
страх у нас был:
Когда мама
с балкона крикнет:
«Домой, не пора ли?»
Мы в пять минут бежали,
двор держал, как ладошка, —
Ни один не пропал,
и «пора домой» звучало
Не как наказание,
а как доброе слово.
А нынче — за ручку:
в садик, из садика,
в школу, из школы,
Привыкли, что водят,
что решают за вас.
Без подсказки,
без поддержки
вы, детки, теряетесь,
Страха не ведаете,
и «нельзя» — не про вас.
Вам на всё наплевать —
и в этом беда:
Фейерверк — не салют,
а просто забава.
Прицельно —
по рыбаку на том берегу:
«Ой, чуть не попали!
Ну точно — не в глаз!»
А мог бы рыбак
и без глаза остаться —
Вам что? Он чужой,
он дед, он не ваш.
А вы — наши деточки,
цветочки, конфеточки,
Страха не знаете —
вам страх не знаком.
А есть на свете
такие же деточки —
Что страхом вписаны
в собственный дом.
Они в подвалах Донбасса взрослели,
Под столы ныряли,
когда гремело вокруг.
Не по годам они
взрослыми стали —
Просто хотелось
им жить.
И сыто. И без тревог.
В гостинице нашей
видел я их под праздник:
Хлопнул петарды залп —
и вся детвора
Вмиг под столы —
лица белые, взрослые:
«Уже?! Началось?!» —
а это фейерверк…
не война.
Праздник — Новый год. —
Тишина.
Потом — выдох.
Потом — удивлЕние:
небо цветное, а не в огне.
Мы пили шампанское —
они глядели на искры,
Как люди, спасённые —
будто во сне.
Маленький возраст —
а взгляд уже взрослый,
Он в войну не играет —
он просто в ней был.
Он знает цену
любому «хлопку»,
Помнит подвал, темноту
и холодный кирпич.
А вы — по живому,
по человеку,
Который рыбачит
на другом берегу.
И вам не страшно,
и совесть молчит,
И «нельзя» для вас —
пустой звук.
Вы — конфеточки.
Вы — цветочки.
Вы — деточки.
Но детство — не всегда
про мир и покой.
Кто-то под столом
сжимал свою
жизнь в кулаке,
А кто-то стрелял —
и смеялся, не зная,
Что такое есть — «выстрел»,
Чем пахнет смерть на жаре.
А вы — мои деточки,
цветочки, конфеточки,
Страха не знаете —
и это не грех.
Беда, если страх
однажды нагрянет
И навсегда поселится в вас —
Но не в тех,
кто вырос в подвалах
и выжил,
А в вас, кто стрелял
по рыбаку и хохотал.
Пусть детство остаётся —
но с лицом человечьим,
Чтоб не было стыдно вам
За проделки жестокие, нечеловеческие.
Свидетельство о публикации №126110800464