1517. Мишель и Диана. Битва с османами
Её глаза смотрели смело.
Она была в его кафтане,
И это очень её грело.
Пробор изящный сделан классно
Был острым кончиком расчёски.
Внушала множество соблазнов
Её красивая причёска.
Да что причёска – вся фактура
Её бескрайне удивляет.
Немного хитрого прищура –
И вот она уже цепляет
Любого, с кем имеет дело,
С кем говорит и с кем хохочет,
Покачивая нежно телом,
Как бы танцуя, между прочим.
Принц восхищался ей за смелость,
К себе вкушал негодованье.
Её фигуры статной спелость
Будила в нём огонь желаний.
Хотя не исчезало чувство:
Каир опасней с шагом каждым,
И в гуще ярости и буйства
Риск увеличивался дважды.
Слух, что Египет стал турецким,
Мир принял с ужасом и гневом,
И появился повод веский
Удвоить площади посевов
Пшеницы, ячменя и проса,
Так как в воюющей стране
Поставки были под вопросом
И хлеб подорожал в цене.
В Европе запаниковали,
Солдат готовили к войне.
Амбиции османов стали
Сейчас уж ясными вполне:
Всех приструнить в соседних землях
И дань заставить их платить,
Но для Европы неприемлем
Был план захватчиков кормить.
Хотя в огне междоусобиц,
Конфликтов, застарелых ран,
Селим, далёкий незнакомец,
Воспринимался как тиран
Сильнее, теми, кто был ближе
К Великой Порте и когда-то
Был ей повергнут и обижен
В какие-то былые даты.
Селим задумал сбор бандитский
Со всех торговцев получать
И полуостров Аравийский
Под флаг свой целиком забрать.
Диярбекир, Мосул, Алеппо
Уже признали его власть.
Остался ещё Йемен крепок
И островов прибрежных часть.
В Египте же его полки
Свободой действий упивались
И применяли кулаки
Ко всем, кто с ними не считались.
Жестоко захватив Каир,
Они подпольщиков искали,
Пространства превращая в тир, –
Районы пушками сметали.
Законы жёсткие османы
Навязывать в столице стали,
И это было частью плана,
Чтоб ведали в любом квартале:
Что нужно всем платить налоги
В казну правителей провинций
И уважать османов строгих,
Даже когда осман им снится.
Они учили также стричься
На свой обычай египтян,
Чтоб борода была на лицах
Всех поголовно из мирян,
Пусть даже мелкая бородка!
Оружие же запрещали.
Кто нарушал – тому колодку
На ступни сразу надевали.
Приказ был также по фасону:
Ходить в турецком обязали,
Но здесь всё ясно и резонно –
Своих так турки отличали
От тех, кто был традиционен
И был противник перемен,
Сложившихся в том регионе,
Где рос османский феномен.
Мишель ещё не знал об этом,
И потому он выделялся
И словом, и менталитетом,
Ну и, конечно, одевался
Лишь по обычаям Ливана,
Не находя в том красных линий,
Чем сильно изумить османов
Мог сразу же при встрече с ними.
Хотя в такой войне и встреча
Могла бы стать всего одной,
И тот, кто знает безупречно,
Как быстро меч достать рукой
Из ножен и без реверанса
В соперника клинок вонзить, –
Тот и имеет больше шансов
Не дать врагам себя казнить.
Опять удары мощных пушек
Старинный город потрясли,
И сразу пять пустых избушек
Буквально в щепки разнесли.
Мишель с Дианой были рядом,
Стояли в двух шагах от них,
Но не задели их снаряды –
Им повезло в столь страшный миг.
Принц в руку взял ладонь принцессы,
Поднёс к губам для поцелуя,
И видно стало, что он честно
Влюбился в даму молодую.
Да и она была не против,
Чтоб он к ней чувства выражал,
И не желала, чтоб на взлёте
Своей любви отказы знал.
Однако, чтоб он не завёлся
В переизбытке этих чувств
И строже с ней не обошёлся
В порыве всяких вольнодумств
Чем юношам велят приличья,
Она нарочно отвлеклась
На удивительную птичку
И на соблазн не поддалась.
– О, сверхпрелестная Диана!
Что ж происходит на Земле?
От кровожадного султана,
Быть может, и тебе, и мне
Сбежать уже настало время,
Пока стемнело в небесах.
Воткнём сейчас же ногу в стремя
Да и помчимся за леса!
– Куда?
– В страну, где жизнь спокойна.
– Поверь, такого места нет!
Повсюду страх, повсюду войны.
Султаны делят белый свет,
Чтоб гордо отразить на картах
Добавку новых областей,
Убив в сражениях с азартом
Попутно тысячи людей.
Когда у человека власть,
Отдать её он вряд ли хочет –
Ни крохи, ни хотя бы часть,
И потому и днём, и ночью
Его все мысли – о войне,
Ведь в вихре войн намного проще
Всегда остаться на коне
И показать, что он сверхмощен.
Залп пушек громкий вновь потряс
Места безмолвные, пустые,
Где принц с принцессой в этот час
Вели беседы непростые.
Поднялись кони на дыбы,
Вспылив копытами дорогу.
Принц привязал их за столбы,
Чтоб удержать хотя б немного.
Потом задумался и понял:
Диана полностью права.
Куда бы ни скакали кони,
Везде – кровавая трава
И те, кто льёт ту кровь обильно,
И значит, нужно не бежать,
А стать в боях настолько сильным,
Чтоб их суметь не проиграть.
Нужны сплошные тренировки,
Как у спартанцев, каждый день.
Ведь грек сказал: способен ловким
Любой стать, кто отбросит лень.
С мечами надо упражняться
И фехтовать стремиться чаще,
И научиться уклоняться
От стрел сверкающих, летящих.
Принц подошёл к колодцу рядом,
Что сделан стильно и красиво,
А тут потрёпанным отрядом
Промчалась конница ретиво.
Сипахи мчались, словно пули,
И вроде бы уже исчезли,
Но двое за водой свернули
И по дороге с сёдел слезли.
– Османы! – принц присел за камень
И потащил Диану вниз. –
Ну вот, мы из полымя в пламень
С тобой попали, и сюрприз
Для нас, красотка, не забавный.
– Их сколько?
– Двое, как и нас.
Давай уже в сраженье равном
Свободу отстоим сейчас.
Диана оценила быстро,
На глаз свой, расстановку сил.
Действительно, в округе чисто,
И перевес им не грозил
По численности вражьей силы,
Однако есть один нюанс:
Повсюду сильно моросило,
И для османов это шанс.
Ведь турки были весом больше,
И значит, в мокрую погоду
Они устойчивей и дольше
Стоять на влажном грунте могут.
Однако есть нюанс другой:
Османы явно подустали,
Уже не раз вступали в бой
И точно пару дней не спали.
И получается, солдаты
Сейчас не так быстры, как прежде.
Ещё с груди и латы сняты,
Что видно сразу по одежде.
А, может, вовсе не заметят,
Воды попьют да и уйдут?
К тому же сильно дует ветер.
Что делать на ветру им тут?
– Ну что ты медлишь, нападаем! –
Принц крепко сжал в руке кинжал. –
Почти уверен, даже знаю,
Что нас с тобою ждёт провал,
Если османы обнаружат
И сами бросятся на нас.
Так что вставай, принцесса, ну же,
Пошли вперёд прямо сейчас!
Диана не пошевелилась,
В засаде тихо затаилась.
Хотя стрела в руке крутилась
И в путь отправиться просилась,
Дрожа тихонько опереньем,
А рядом встрепенулись птицы
И ввысь умчались за мгновенье,
Здесь не успев наговориться.
– Мой друг, защита – наше право,
И это не оспорить ведь,
Но ты так сильно жаждешь славы,
Не думая, что будет впредь.
Они опасные солдаты,
Обученные воевать.
К тому же в дорогих халатах –
Бесспорно, родовая знать.
Диана вновь попала в точку:
Османы явно не простые.
Халаты с дорогой отстрочкой,
А сверху – клёпки золотые.
В руке у каждого – бунчук,
На нём качался конский хвост.
Османы смело шли на звук,
Шаг ускоряя, в полный рост.
– Ну вот, они бегут на нас! –
Мишель с колен поднялся быстро. –
Ну что же, я нашёл свой шанс
Стать хоть на миг максималистом
И крайность взглядов показать.
– Будь осторожен! – сдвинув брови,
Диана знак успела дать,
Заметив, что враги готовят.
Швырнул солдат копьё в Мишеля,
Но не попал: принц очень юрко
Угнулся и, ножом нацелен,
Вперёд помчался прямо к турку
И в бок ткнул нож по рукоять,
А в двух шагах стрелу Диана
Смогла свистящую послать
В другого дерзкого османа.
Раздались крики, кровь из ран,
Но турки устоять сумели.
Один из воинов аркан
Накинул с жаром на Мишеля
И потянул его в пылу,
Но и Диана не стояла,
И снова острую стрелу
Она в соперников послала.
Но стрелы для османов словно
Значенья не имели вовсе.
Два турка знатных, чистокровных,
Диану от себя отбросив,
Мишеля за руки схватили
И потащили на уклон
Пустынной улицы в Каире,
Где в луже отбивался он.
Трясина, гниль, топь, слякоть, грязь –
Кафтаны в мерзости болотной.
Как будто с щукой бьётся язь –
Так бой смотрелся их пехотный.
Осман ударил топором,
Мишель перехватил клевец
И очень быстро, колесом,
Вбок откатился наш боец.
Но, сильно натянув верёвку,
Которой принца заарканил,
Турецкий воин очень ловко
Осуществил своё желанье
Вернуть Мишеля в тот участок,
Где он мог снова с ним сразиться.
Но принц, задёргав телом часто,
Всё же сумел освободиться.
Другой осман бил булавой,
И здесь ливанец увернулся
И сделал выпад вдаль рукой
С кинжалом – воин изогнулся
И рухнул прямо на дороге,
Зажав дыру ужасной раны.
Диана в это время в ноги
Второму бросилась осману.
И, повалив его на землю,
Принцесса стала объяснять,
Что пораженье не приемлет,
И объясненье закреплять
Ударом кулака так часто,
Что враг её пришёл в испуг,
От страха рот открыв зубастый
И задрожав всем телом вдруг.
Мишель хотел унять Диану
В её полнейшем превосходстве,
Но девушка в той битве славной
Сама имела благородство,
Ослабив жёсткое усилье
Колен вокруг боков солдата,
А тот и рад, что отпустили,
Испуг свой под ухмылкой спрятав.
– Спасибо! – он воскликнул ей,
Довольно быстро встав на ноги.
Пропитан яростью своей,
Он также излучал тревогу.
Взвалил себе на спину друга
И мелким шагом побежал,
Чем другу оказал услугу –
Он много крови потерял.
Умчались турки с поля боя,
Герои ж наши не спешили.
Мишель теперь считался – воин,
Хоть оба руки обагрили
Османской кровью, но Диана
Давно уже лишилась страха,
Став опытной в сраженьях славных
Ещё в походах араваков
Свидетельство о публикации №126110801620