1517. Мишель и Диана. Фурусия

В песке и глине вся дорога,
Но и грибов полно кругом.
Ещё базальта очень много –
Здесь вулканический разлом,
Наверное, был очень древний,
Вот и остались камни эти,
И ни одной вблизи деревни
Не появилось за столетья.

А это значит, ни водой,
Ни хлебом запастись не сможет
Тот, кто пошёл дорогой той,
Но принц нисколько не встревожен,
Ведь он везёт с собой запасы,
Их хватит здесь на пару дней,
Так что особо не опасно
Ему здесь ехать меж камней.

А впереди по курсу горы,
И сбоку горы, их массив
Имеет общую опору
И потрясающе красив.
Маквис, фригана, дуб зелёный,
Ещё алеппская сосна
И небольшие группы клёнов
Растут в любые времена.

Мишель достал из сумки сфиху
И откусил большой кусок,
И стал жевать довольно тихо,
Прикинув быстро на глазок,
Насколько та лепёшка сможет
Ему в пути добавить сил.
Он, как любой из молодёжи,
За весом тщательно следил.

А так как он держался в форме –
За это нравился девчонкам.
Принц не был щуплым, как при шторме
Повисший парус в море громком.
Чтоб вес соотносился с ростом,
Он часто бегал утром в лес,
Ещё и под рубашкой пёстрой
Имел он кубиками пресс.

Вообще, в Ливане в ту эпоху
Гордиться силой было нужно –
Так проще в дикой суматохе
Всем доказать, что ты наружно
Подходишь для любых работ:
Хоть моряком, хоть для бондарни,
И потому здесь целый год
Тренировали мышцы парни.

Повсюду рыскали солдаты,
Искали тех, кто был готов
С мечами, в наручах и латах
Приказы исполнять без слов
В рядах передовых отрядов,
С каких и начинался бой,
И кто потом на всех парадах
Трофеи нёс перед собой.

Боеспособность войск в Ливане
Была тогда на высоте.
Здесь не тянули на аркане
Тех, кто в солдаты не хотел.
Насилие не применяли,
Не принуждали никогда –
Того на службу забирали,
Кто шёл осознанно туда.

Эмир и сам, бывало, звал
Людей помладше, помоложе
И им учиться предлагал
Профессиям, военным схожим,
Как во всех армиях других:
Стрелять из аркебуз, мушкетов,
Из пушек мощных и больших,
Да и из новых пистолетов.      

Набор был и в разведку тоже –
Власть привлекала следопытов,
А вот для штаба писарь должен
Знать строго буквы алфавита.
Хотя от Библа и до Тира   
Читать умели горожане,
Ведь первым алфавитом в мире
Стал тот, что выдуман в Ливане.

Бойцов искали и в охрану
Для личной гвардии эмира
Взамен отважных ветеранов,
Которых отпускали с миром,
Давая всё, что пожелают,
В знак благодарности за службу,
И после, опыт уважая,
Эмир не предавал их дружбу.

– Ценю я преданность от вас, –
Эмир сказал солдатам старым, –
И всех оставил бы сейчас,
Но служба стала вам кошмаром.
Подъём с утра для тренировки –
Удел, бесспорно, молодых,
Что быстрым шагом, бегом ловким,
Преследуют врагов моих.

– Эмир, мы это понимаем! –
Склоняли головы солдаты. –
И без вопросов выполняем
Приказ – молоденьким ребятам
Отдать и шлемы и мечи.
Они теперь твоя охрана!
А мы пошли гонять мячи
В човган на конях на полянах.
 
И в кавалерию ребят
Повсюду также набирали.
Динары получал солдат,
Что в пальцах золотом сверкали, –
Но это, если отличились,
А так – дирхамы и фулусы.
Они оплатой становились
За съём домов и перекусы.

И кони тут любые есть:
Арабы и ахалтекинцы,
Которых попросту не счесть.
Монгольский конь стоит, лоснится.
Боснийский славный жеребец
Был привезён издалека,
Ну и ещё скакун-боец –
Перс, что прославлен на века.

Для обучения сноровке
Держаться крепко на коне
И управлению им ловко
В движенье при прямой спине –
Повсюду школы открывали
И развивали их стабильно,
Где параллельно обучали
Ещё и фурусии стильной.

Что это? Так в восточных странах
Название коня – фарас.
И вот во всех сраженьях рьяных,
Где враг дерётся без прикрас,
А жёстко и всегда жестоко, –
Цениться стала джигитовка
И фехтование с наскоком,
Что и давала тренировка.

Вот и Мишель джигитовать
Учился для военных целей,
Чтоб на скаку уметь свисать,
Земли касаясь еле-еле.
Свисать учили для того,
Чтоб смог поднять свой меч на поле,
Если в сражении его
Пришлось лишиться поневоле.

Наставником у принца стал
Как раз Сапсан – тот храбрый воин,
Что бунт повстанцев подавлял,
Ещё как командир конвоя.
После восстания он был
Эмиром всячески приближен
И принца быстро научил,
Как с сёдел свешиваться ниже.

– Мишель, следи: как только конь
Стал уши прижимать активно,
В глазах же замелькал огонь,
И смотрит очень агрессивно, –
Он может сильно укусить,
Поранить палец или руку.
Попробуй с ним установить
Контакт, доверие до трюка. 

Дай яблока ему кусок,
Погладь по гриве, приласкай,
Потом же смело вставь носок
Ноги в рикаб и залезай
В одно движение в седло,
Сожми колени очень крепко.
Сначала будет тяжело,
Потом держаться станешь цепко.
 
– А если выкинет меня –
Допустим, сбросит на майдан,
Где, не стесняясь, малышня
Смеяться будет – как, Сапсан,
Мне справиться с таким позором?
– Так разбери свою ошибку.
Учись по-прежнему с напором,
На смех же отвечай с улыбкой!

Пройдут недели, те же дети
В тебе увидят перемены. 
Что ловкий ты, они заметят,
И крепче голени, колена,
И твёрже держат повод руки,
И конь уже послушен чаще,
И получаются все трюки,
И взгляд стал смелым и горящим.

– А если я начну на них
Кричать и плетью угрожать,
Чтоб улей наглый их затих?
Или совсем их прочь прогнать?
– Запрещено, Мишель, такое.
Они свободны и должны
Расти без плёток и в покое,
На благо нашей всей страны.

Пройдёт два года, повзрослеют –
И сами станут лезть в седло,
И лично сильно попотеют,
Узнают, как же тяжело
В седле держаться изначально,
И как легко сидеть потом,
Когда ты двадцать раз отчайно
Был сброшен на манеж конём


Рецензии