Причёска Алины

               (Из цикла «Реальная педагогика»)

*****

          Алина учится в 8 классе. У неё красивые длинные волосы, спадающие ниже пояса, послушной волной откликающиеся на каждое движение. Она себе очень нравится, но нет, не учёбой, не спортивными достижениями, а личиком, и этими роскошными волосами, нравится до самолюбования в камеру телефона на многочисленные селфи. И этот чистый живой шёлк, - её искреннее, неподдельное восхищение и, как в рекламе, настоящая гордость. Но тут в наш класс неожиданно зашла завуч Валентина Владимировна, чтобы сказать девочке, что волосы в школе надо заплетать, особенно когда идёшь в столовую. Неприятно вдруг обнаружить их в своей тарелке, и  есть общепринятые нормы и правила, которым ученики должны следовать. Устав школы, например. Сказала не в  первый раз, спокойно и вежливо, но в очередной раз натолкнулась на стену абсолютного непонимания и неприятия, сейчас ещё более плотную и непробиваемую, чем раньше.
            Чему удивляться?!   В таком эмоциональном состоянии подросток глух к голосу разума, воспринимает любые увещевания как «наезд» на своё я, на свою личность, а в данном случае на свою привлекательность и красоту, которая для этой девочки в данный момент на порядок важнее хороших оценок и мнения взрослых. Подростку кажется, что негативно оценивают не его поступки, и даже не его внешний вид, а его внутреннюю сущность. И с каждым разом делает по-своему всё с большим упорством, а если отчасти и соглашается с мнением учителей, в диалоге на повышенных тонах с его стороны всегда пытается изменить фокус их внимания и перенести его с себя на других, что называется, «перевести стрелки»: «Я же не одна так хожу! Почему вы только на меня обращаете внимание? Посмотрите, вон девочки тоже с неприбранными волосами, и - ничего!». К тому же, завуч скоро уйдёт, а замечания учителей тем более можно игнорировать: «Ну, что они могут сделать, кроме как высказать надоедливые (в том числе, и им самим) замечания и претензии?»
            И вот, здесь бесполезно настаивать и давить, вызывая лишь ответную агрессию и обиду, тем более, повышать голос или, не дай Бог! - применять физическое воздействие. В самый решающий момент надо тактично уступить, проявить уважение, поддержать. Ребёнок сам, скорее всего, потом сделает всё, о чём вы его просите: придёт в школьной форме, выполнит домашнее задание, подстрижет волосы или заплетет косы. Сначала я требовательно и строго предупредил Алину, что после урока поведу ее к завучу, увидев, как она уже сейчас, задолго до события, внутренне напряглась, сжалась пружиной и готова к сопротивлению, чего бы ей это не стоило, и даже не рассматривая никаких других вариантов. А надо было сдавать письменные домашние работы, и она почему-то придумала, что за её упрямство на ней могут «отыграться» плохой оценкой: отказалась отвечать, или на самом деле была не готова. «Подойди в другой раз», - попросил я её, продолжив урок, до конца учебного дня «забыв» историю с прической и свои же предупреждения. Очень важно вовремя отступить, дать понять, что для учителя ребёнок и его «я» важнее распущенных волос, продолжая тактично и аргументированно убеждать в необходимости соответствовать требованиям устава школы.
            И конечно, Алина не ходила с прибранными волосами все дни учебного года (по поводу чего был педагогический оптимизм, но не было иллюзий). Тем не менее, несколько дней тогда и довольно часто потом она заплетала их в красивые тугие косы, всем своим поведением и видом показывая, что делает это не потому, что просили завуч и учителя, но исключительно по лично принятому решению и исходя из своих собственных убеждений.

*****

P.S.: Ситуации реальны.
      Имена   изменены

19.10.25


Рецензии