Андеграунд
Под плитами северных зим,
Звезда его, дочь-недотрога,
Причислится к ликам святым.
Планетное зарево втянется
Жемчужным оловом в ночь,
И старый отшельник-пьяница
Прочь убегает, прочь.
Вдоль неприкаянных статуй,
Молчанием нищих ворон,
Помни, молебном распятый,
Истину всех похорон.
Что-то тревожно и немо,
Глупо глядит в небеса,
Где нас казнила измена
И запретила ждать чудеса.
Камнем сорвавшись с Олимпа,
Выпив последний стакан,
Тело в засаде погибло,
Застыв, как истукан.
Тень над дворцовой решеткой,
В бликах кремлевской звезды,
Он развлекает чечеткой
Гостей своей конуры.
Впредь ему будет отрада
Слышать собственный смех,
В этих чистилищах ада,
В которых он спрятан от всех.
Солнце над мирным покоем,
Кончен извилистый путь,
Не был он чьим-то героем,
Только хранил свою суть.
И, выскочив из заточения,
В землю вгоняя слова,
В минуту его отречения
Упала его голова.
Свидетельство о публикации №126110707509