В лесах и тундры и тайги
меня не любят и не принимают
охотники медведя и сайги:
они меня не понимают.
Я чувствую, что стал тайгой и тундрой,
когда в меня стреляют из ружья.
Я стал болотной нежитью, чучундрой,
стал благородной дичью я.
Мне запомнилось, как говорящий становится самой тайгой в момент выстрела. Через это превращение охота вдруг видна с другой стороны. Слово «чучундра» добавляет образу уязвимости, которую торжественная речь могла бы скрыть.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.