Письмо в Голицыно

Георгию Николаевичу Оболдуеву (1898–1954)

Пишу вам, как в бутыль,
Не ждя ответа,
В Голицыно: там штиль,
Там вечно лето.
Георгий Николаич,
У нас — ненастье:
Погода всё такая ж,
И те же власти.
И тот же наш народ.
Ему б решать —
А он указа ждёт.
Опять.

Некрасовский Оболт
(Однофамилец)
Был барин — пуст, как болт.
Вы — наш кормилец.
Тому — и хлеб, и кров,
Поклоны в пояс.
А вам — допрос, засов
И ссыльный поезд.
С себя — оброк из строк.
За годом год —
Листок, ещё листок.
Без льгот.

Вы помните? Гора
Медвежья. Ссылка.
И всё-таки — игра:
Театр. Ухмылка.
«Онегин дыбом» ставить
Для пыльной сцены,
И Гоголя подправить
Под эти стены.
Кругом — Беломорстрой,
Канал. Конвой.
А вы — свободный, свой,
Живой.

Потом — сто первый круг.
Москва — запретна.
Стучитесь — а вокруг
Всё глухо, тщетно.
Хоть дворником! Берите —
Здоров, как боров.
Но вы — не той орбиты:
Без разговоров.
Потом — война. Снаряд.
Контужен. Кровь
В висках стучит в набат
Без слов.

Пришлось переводить:
Неруда, Чили.
На что-то надо жить.
За то платили.
«Тритутик» — для эфира,
Для Доницетти —
Слова. А ваша лира —
В столе, в секрете.
Стихи — своей рукой
В тетрадь. И вам —
Дарить их по одной
Друзьям.

«Я видел». Восемь тыщ
Строк. Отзыв. «Знамя»:
«Что к нам пришло с кладбИщ—
Хороним сами».
Рецензия: запутан,
Для масс не годен.
И четверть века — будто
Зерно в комоде.
Айги — и за кордон
Уйдёт ваш том.
На родине же он —
Фантом.

Голицыно. Конец
Жары и лета.
Контузии свинец
Догнал. И нету
Вас. Горсть золы. Над нею —
Кивок, две фразы.
Ахматова. Аллея.
Сосна. Два вяза.
А дальше — тишь. Она
Лет двадцать пять
Тянулась, как война.
Опять.

Мне жаль, что первый том —
Не в ваши руки.
Не вам листать потом
Его от скуки.
Увидеть опечатку
На обороте,
Оставить там закладку,
Спеша к работе.
Нести его в руках
По мостовой,
С пометкой на полях —
Домой.

Теперь — мой ход. Пишу
Не в стол — а в тучу.
Тот ящик, тот же шум
Без дна. Везучий!
Вам — две войны. Я — в третьей,
Но той же самой:
Из той же тьмы столетий,
Всё той же гаммой.
Я цел. Мой чай кипит.
А там, внизу, вы
Слыхали, как строчит
Везувий?

Экран — мой новый стол.
В нём — шум эфира.
Весь мир ко мне пришёл.
Тиха квартира.
Ваш том лежал годами
Зерном — в комоде.
Теперь мы сеем сами,
При всём народе.
Отправил свой листок.
И он ушёл
В сплошной поток из строк.
Как в стол.

На кухне — тихий свист.
Темно окошко.
Перевернул я лист.
О чашку — ложка.
Ответа ждать не стану.
Не из цикуты
Нам с вами — по стакану.
Чай. Две минуты.
У вас шумит сосна.
Мне — дописать.
Ответом — тишина.
Опять.