Бурлявое
Как я отношусь к Мифу о Святой Руси?!
В принципе, спокойно. Или – сдержанно. А главное – в зависимости от того, кто и на какой глобус (с какой целью) его напяливать будет.
О своём отношении к мифам как таким излагал уже не раз. И о том, что человеку (по его природе) суждено пребывать в мифе. Что разница между мифом и т. н. «действительностью» гораздо меньше, чем многим кажется-знается. Если выражаться почти метафорически, то миф – та же действительность, только более раскалённая (напряжённая, энергийная и т. п.). Ну, а уже действительность – тот же миф, толико охлаждённый, а то оскопленный.
Или. Вся Действительность соткана из множества мифов, разной энергийности.
К мифу СР отношусь с уважением, но только до его раскаления (бурения, бурления и пр.). К тем, кто начинает распалять (дабы напялить) – уже с осуждением. Более или менее глубоким.
К чему я снова об этом?! Под какую горячую руку?
Так, как часто бывает, одно к одному (или – к другому).
Не успел я остыть от своих уколов в адрес лукаморских почитателей Истории (заверяющих в своей любви к оной (так – наша же!), вплоть до восторженного отхлёбывания от её кровавости), как один из мною отмеченных поспешил снова заявить о себе. Я – об облучённом неиссякаемыми (хотя не мешало бы и подсечь) энергиями, озарённом ими до изуверства Гришатке.
«Азарёнок. Напрямую». Так сейчас зовётся его программа на БТ.
И завлёк Григорий Юрьевич к себе на этот раз (30 октября) небезызвестного Николая Петровича Бурляева.
Да-да. Того самого. Народного РФ. Члена всякого такого (вплоть до Патриаршего совета по культуре). Перечислять не буду, ибо можно устать.
Понятное дело, очень православного, истового гомофоба и непримиримого борца с прочими пороками и грехами. Порой создаётся впечатление, что нимб будущей святости уже высвечивается над очертаниями его беспокойного лика. Начиная то ли с «Иванова детства», то ли с Бориски из «Андрея Рублёва». В общем, не без Тарковского.
Правда, у меня порой возникало подозрение: а не раздваивается ли (по крайней мере) порой сей «многоборец»!? И это – не столько по его превращению из Михаила Юрьевича в Николая Васильевича в «Лермонтове» (1986). Тем более, что чего только в кино не бывает.
Я больше беспокоюсь о его «традиционности».
Ниии... Я не об ориентации, но о сугубо «верности скрепам».
Всё-таки, как-никак, одним браком (супружеством) не удовлетворился. И двумя – тоже. И все жёны во здравии пребывают. И один из сыновей родился как бы вне брака.
То я – по-доброму (не по ханжески). И, тем более, с пониманием. Всё-таки – творческая личность. А там... Хотя и не только там (я – о нынешней Рос-Путинии, как о якобы преемнице и хранительнице той Святой Руси). А и по иным временам...
Но – горой! Николай Петрович. За высокую духовность и прочее. А потому... Поддержал. Ещё раз поддержал. Безоговорочно. Не в смысле, я – его, а он – того, который возглавил, поднял, повёл, попёр.
Ниии... Я всё понимаю. Главное (после, а то по ходу) помолиться да покаяться. Истово. Ну, и снова, засучив рукава, кинуться на борьбу с супостатами, да сатанистами. За Русь Святую. И не важно, под каким-чьим знаменем и с какими отметинами в судьбах отдельных человеков. Миллион туда, миллион сюда... Какая разница!? Господь разберётся, кого куда потом. Но... Мы-то (истовые) – таки в Рай. Стройными рядами. Безо всяких там заиканий о каких-то украинцах и беларусах. НЕ БЫЛО! НЕТ! БЫТЬ НЕ ДОЛЖНО! От Святой Руси до последнего издыхания.
Гришатка, при заклинаниях своего почётного гостя, сиял маслеными вочками на всё расширяющейся пысе и довольно потирал мохнатые драпки, поддылдыкивая: «Да-да».
«Не дай Бог, чтобы украинцы и беларусы возомнили себя не русскими, а отдельными народами...» –
Как бы ключевое от путиноидного святороса.
Не дай Бог...
И что!? Что в этом слышится (ежели вникнуть)?
Да ничего, кроме того самого Нацизма (с одной стороны), да Сатанизма (под чуть иным углом), с коими самонапяленные «святоросы», включая Бурляева, так сражаются. Во спасение всего мира-человечества.
Ну, а с каких пор Николай Петрович так неравнодушен к Беларуси (и к усердию нашего Гаулейтера по осаживанию здесь всего именно беларуского)... Ой, издалека! То бишь издавна.
В общем, есть у меня (также небезразличного к христианству) к этому радетелю кое-что. По душам. Из накипевшего. И ему персонально (пусть и не дойдёт), а и прочим «святоборцам». Правда, оным (и совокупно, и в лицах) я и раньше о «накипевшем» как-то исповедовался. Без особой надежды, что дойдёт (до ума и совести). Вне зависимости от того, насколько «спасители человечества» тем Мифом себя накачали.
А с Петровичем – есть о чём. И абстрактно, и конкретно. Считай, на пальцах. Например, округ стихотворения Николая Языкова «К не нашим», так Бурляеву запавшего.
6.11.2026
Свидетельство о публикации №126110700013