1517. Мишель и Диана. Битва Фахра и Беньямина
Оставшись лишь в одной рубахе.
Полупрозрачный бюрюмджук
Красиво провисал на взмахе.
За поясом торчал ханджар
С изогнутым клинком массивным,
Способный отражать удар
Врага довольно эффективно.
– Кто смел обидеть ветерана?
Вот мой приказ – вернуть вам дом!
– И пусть вернут ещё баранов!
Долги мы отдадим потом,
Чтоб нашу честь не запятнать!
– Ваш долг покроем из казны!
Мы продолжаем уважать
Тех, кто был в хаосе войны.
– Как ловко вы договорились! –
Воскликнул славный Беньямин. –
К эмиру подошли, открылись,
А то, что принц, наш гражданин,
В телеге послан в неизвестность, –
Вас это, сёстры, не тревожит?
Не даст смириться с этим честность.
Наоборот, я стану строже!
– Давай быстрей уже начнём! –
Добавил жёстко гордый воин
И стукнул по плечу мечом
Эмира, что стоял спокоен.
Народ чуть не присел от страха,
И сам не ожидал вельможа,
Что меч на воротник рубахи
Так нагло Беньямин положит.
Чудовищный удар нанёс
Вмиг оскорблённый Фахр эд-Дин,
Но меч, подрезав прядь волос,
Лишь только соскользнул с пластин
На крепких и надёжных латах –
Но вмятину на них оставил.
Спас панцирь храброго солдата,
Что жизнь свою на кон поставил.
– Силён! – воскликнул Беньямин. –
Чувствителен твой выпад быстрый.
Его не слушал Фахр эд-Дин –
Он в гневе крайнем стал неистов.
Обидчика клинком достать
Решил он снова, но солдат
Стал резко тело уклонять
И выдержал ударов град.
Теперь пришёл черёд эмира
Узнать о силе оппонента,
Что, явно не желая мира,
Найти пытался те сегменты
В защите у вождя Ливана,
Куда б мечом он смог добраться,
Чтобы одной серьёзной раной
Его заставить сразу сдаться.
И вот настал момент удобный:
Вдруг начал Фахр эд-Дин шататься,
Став на секунду неспособным
В бою суровом отбиваться.
Виной был грунт немного влажный,
На нём и разъезжались ноги,
Но воин устоял отважно,
Чем восхитил людей здесь многих.
И снова зазвенела сталь,
Эмир отбил атаку друга,
Тот отбежал немного вдаль,
Чем Фахру оказал услугу.
Фахр был настроен очень смело
Сражаться за себя и трон,
Соперник же не знал, что делать,
Ведь потерял сноровку он.
И опыт старый не помог,
Когда сцепилась снова пара.
Свалили Беньямина с ног
Эмира хлёсткие удары,
Но Фахр эд-Дин не стал кромсать
Мечом поверженного друга,
Наоборот, дал руку встать,
Поправив у него кольчугу.
А после развернулся к людям
И показал, что, хоть и был
Жестокий бой довольно труден, –
Он кровью латы не залил
Бойца, что стал конфликтовать.
– Вы, мой народ, не иностранцы!
И меч не должен мой торчать
В груди убитого ливанца.
Свидетельство о публикации №126110607992