1517. Мишель и Диана. Изгнание
Вместимость – пара человек,
Зато был чай с недавних сборов,
Соломы куча, чтоб ночлег
Не показался слишком жёстким,
Кремень с кресалом для огня,
Сундук, вода, пять мисок плоских
И свежих булок на три дня.
Ещё там был навес на рейках –
Они торчали по бокам, –
Зонт, хлопковая телогрейка,
Чтоб согреваться по ночам,
Копьё, которому полвека,
С весомым остриём железным
И книги педагога-грека,
Что явно были здесь полезны.
Другие вещи были скрыты
Под крепкой тканью парусины:
Там и щербет, в бутыль налитый,
И много специй, и маслины,
И в бочке мёд, и кастаньеты,
И красный праздничный кафтан,
Пирог, в дорогу разогретый,
И металлический стакан.
Мишель в телегу прыгнул, ёжась,
Её в раздумьях покачал,
Чтобы проверить на надёжность,
И птицам в небе помахал.
Пеганка, щёголь, свиязь, стрепет –
Он знал вокруг любую птицу.
В поездке, что приводит в трепет,
Инстинкт их мог бы пригодиться.
Когда они огромной стаей
Взлетали с веток резко вверх –
Возможно, что, еды желая,
Медведь голодный начал бег
Примерно рядом с данной точкой,
И лучше тихо постоять,
Чтоб скрип колёс по мелким кочкам
Его не начал привлекать.
Вообще, в таком пути опасном,
Где каждый зверь убить готов,
И день то ясный, то ненастный,
И нет друзей, чтоб парой слов
Для настроенья обменяться,
Да и для внутренней свободы,
Уместно будет полагаться
На милость от самой Природы.
– Вперёд! – Мишель ослов погнал,
Обиженно сверкнув глазами, –
На людях чувств не показал,
Лишь обещав вернуться маме.
– Пока, Ливан! Я в край хвалебный
Сегодня выдворен нечестно.
Пусть не в рудник тюремный медный,
Но что там – тоже неизвестно!
Свидетельство о публикации №126110607969