Как старик правду искал Канадская народная сказка

Жил-был старик без своей старухи у самого синего моря, а точнее — у озера Онтарио. Жил он там тридцать лет и три года, а может, и побольше. Жил себе, поживал, никого не трогал, в политику не лез и ни в одной партии отродясь не состоял.

И вот однажды постучался к нему в электронное окошко добрый молодец.

— Здравствуй, старинушка! Вступай-ка в нашу дружину да голос за меня отдай. Хочу я царем стать, а без твоей помощи никак мне не справиться.

Удивился старик и спрашивает:

— Да зачем же мне эта политика-то нужна? Отродясь ни в одной партии не состоял, да и от этой нечисти всегда в стороне держался. Чур меня!

А добрый молодец ему и отвечает:

— Да как же ты не понимаешь, старинушка! Став царем, я буду бороться с “Джастинфляцией”, снижать расходы на энергию, отменю законы о цензуре, положу конец всем обязательным требованиям о вакцинации от COVID, избавлюсь от приложения ArriveCAN и сделаю наше государство самым свободным в мире.

Пора, чтобы люди снова почувствовали, что сами распоряжаются своей жизнью. Именно на этом я сосредоточен.  Жизнь-то ведь совсем другая будет! Лихоимцев прогоним, лиходеев посадим. Спокойно дышать человек будет. Каждый сможет, не таясь, правду-матку говорить. И ничегошеньки ему за это не будет. А государство ему жизнь светлую обеспечит в правовом нашем государстве. И никто на его свободу вовек не покусится. И будешь ты, старинушка, да и все остальные людишки жить-поживать и добра наживать.

Задумался старик. Долго думал, да и решил: а вдруг и вправду жизнь-то наладится?

Вступил он в дружину, проголосовал за доброго молодца Петрушу. А доброго молодца и впрямь избрали воеводой дружины консервативной. Стал он теперь большим государевым человеком.

Прошло какое-то время, и приключилась со стариком беда. Замучили его лихоимцы да лиходеи, совсем покоя лишили. Стал старик искать правды, да нигде её найти не может.   Уж всем боярам челобитные по электронке разослал.   Все нарушенные статьи закона государева перечислил, не поленился.    А те и ухом не ведут.   

Вспомнил он тогда доброго молодца, воеводу консервативного, и пишет ему:

— Выручай, батюшка! Лихоимцы и лиходеи меня слушать не хочут, знать не желают.  Все чиновники, кои права народа охранять поставлены, одно лишь безделье свое, народом оплаченное, охраняют.  Да привилегии свои гнусные.    Ты ведь обещал, что в правовом государстве жить станем. Помоги разобраться!

А воеводе недосуг.  Занят он борьбой с Кащеем Бессмертным за трон заветный.    Вместо него дьяк пишет:

— Не досуг нам, старинушка, такими мелочами заниматься. Есть у вас в тех краях Василиса Премудрая, что в парламентских палатах заседает. Она там воеводу консервативного представляет. К ней и ступай.

Пошёл старик к Василисе Премудрой, написал ей письмо, всё как есть рассказал, помощи попросил.

А Василиса взяла письмо стариково да и переслала его тем самым государевым людям, на которых старик жаловался. Получила от них ответ и пересказала его старику:

— Сказали мне, старинушка, что ты старый козёл. Это, собственно, всё, что мы можем для тебя сделать. Не обессудь.

«А уж не кикимора ли ты, Василисушка?» — подумал старик и спросил:

— А ты сама-то моё письмо читала, Василиса Премудрая?

А та ему отвечает:

— Некогда мне, старинушка, всякие глупости читать. Не отвлекай меня от государственных дел.

И понял тут старик, что с поисками правды вышла какая-то незадача.

А тем временем воевода Петруша в парламентских палатах с Кощеем Бессмертным боролся. Не до стариков ему было, не до ихних мелочей: государственные дела вершил.

А Кощей и сам был занят. Воевал он с чудом-юдом заморским, рыжим да страшным. То и дело выходил к народу и вещал:

— Пришло, — говорит, — оно, поганое, беззаконное, к нам и грозится всех нас в полон забрать, в Тридевятое царство, да сделать пятьдесят первым государством. Один лишь я могу с ним совладать, победить окаянного! Только вы ему, проклятому, не говорите. Боюсь я его: сожрёт рыжий — и даже не подавится!

И во всех-то бедах, выходит, виноват чудо-юдо заморское. И в том, что экономика у народа дохлая, и в том, что цены растут аж до небес. И в том, что людям уже даже избушку на курьих ножках купить не на что. И в том, что злодеи на дорогах бесчинствуют.   Тати да конокрады лютуют: у кого «Тойоту» серую в яблоках уведут, а у кого и «Мерседес» вороной.

Начальник же стражи народ поучает:

— Вы, болезные, злодеям не перечьте, защищаться не смейте. Негуманно злодеев обижать. Вы их хлебом-солью встречайте, да ключи от коней ваших — бензиновых да электрических — добровольно отдавайте. Не то плохо будет!

А ежели кто ненароком злоумышленника поцарапает, того разом в острог! Права злодеев — прежде всего!

А мне с ними бороться несподручно. Я человек государственный и здоровье своё беречь обязан!

Да и вся рать Кощеева, все прислужники его и челядь — упыри да вурдалаки — тоже, стало быть, ни при чём. Всё это, дескать, проделки чудовища заморского, а сам Кощей тут вообще ни при чём: душа у него светлая и нежная.
Да ещё Кощей, назло чуду-юду заморскому, с нечистью европейской шашни крутит. Подати народные в проекты их нечестивые вкладывает. Видать, хочет на старости лет кресло злой волшебницы Урсулы занять.   

Служба же добра молодца Петруши письма шлет регулярно:   давай-ка ты нам деньги, да побольше и почаще.   Когда раз в день, когда три раза, а когда и пять.  Дескать, без денег твоих Кощея нам не одолеть, и светлого будущего не построить.   Ну  а кроме денег можешь и лично поучаствовать: листовки разносить, коврики вытряхивать, да за депутатами посуду убирать после заседаний.

Пишет старик добру молодцу Петруше: " Светлое будущее — оно, конечно, строить надо. Да ведь кто же его знает, как енто самое делать-то? Хорошо бы и у народа спросить, как он жить-то хочет. Не только же дорожки подметать да подписи собирать. Иногда и слово своё сказать, и услышанным быть человеку надо. Разве не обещал ты, Петруша, что сами люди своей жизнью управлять будут?"   

Молчит добрый молодец Петруша. Занят он борьбой с Кощеем Бессмертным за трон заветный в парламенте. А сам-то говорит много, красиво говорит... И всё говорит, говорит, говорит...




Посмотрел старик на этот цирк, плюнул да и пошёл обратно к своему озеру Онтарио.

«Да ну их к лешим, этих воевод да Кощеев, — думает. — Буду жить как жил — сам по себе».

Только присел на завалинку, глядь — в его электронное окошко голубь почтовый влетает. А в клюве у него грамота от самого доброго молодца Петруши.

Обрадовался старик, думает:

«Неужто вспомнил обо мне воевода? Неужто совесть проснулась?»

Разворачивает грамоту, а там написано:

«Здравствуй, старинушка! С праздником Хэллоуином тебя! Знаем, что ты занят, так что мы коротко. Завтра у нас дедлайн полуночный. Срочно высылай в казну дружины консервативной тридцать золотых монет, а не то Кощей нас всех победит и рыжему чудищу в полон сдаст! Поспешай до полуночи, старинушка, а про беды свои забудь — некогда нам, мы государственные дела вершим».

Улыбнулся старик, погладил бороду, да и нажал на грамоте кнопочку заветную: «Отписаться от рассылки воеводской».

И стало старику так легко и весело, будто сбросил он с плеч пудовую гирю. Понял он, что настоящая-то свобода — она не в палатах парламентских и не в посулах воеводских. Она в том, чтобы видеть их насквозь, смеяться над их глупостью и оставаться человеком, а не чужим кошельком.

И стал он жить-поживать, ума наживать, да над воеводами тихонечко посмеиваться.


Рецензии