Изера

Взошёл над миром шар палящ,

Где тени трав легли в тоске,

И изумруд стрекоз блестящ

В сухом пороховом песке.



Свист солнца жжёт зрачки зверей,

И взгляд их стал зеркал темней,

В нём кровь кипит для мошкары,

Вкус меди – горше и острей.



Стук сердца – тише, рвётся низ,

В гортани – страх, и как комок,

Печаль сплелась в ушах, как визг,

Остывших за день мрачных строк.



Он давит волю, гнёт хребет,

И Человек всем людям – зверь,

Он слышит: предки молят: «Нет»,

Закрыв забвенья мраморную дверь.



И не слышны им наши стоны,

Ведь призрак – глух, а плоть – слепа,

Проекцией был ветер сломан,

И сгинул дымный путь столпа.



Снарядов, пролетевших фон,

Экраны – лишь взрывной закат,

И каждый ждёт драконов сон

В хрустальной мгле обителей услад.



Но изумруд в том сне – обман,

Он жжёт глазницы изнутри,

И кровь густеет в руслах ран

В полудне бродят упыри.



А тени тянут руки вспять,

Чтоб дать по горлу знойным дням,

Но время – сталь, не сжать, не снять,

Вовек гореть его огням.



В девятом круге тишины

Последний стон летит во ржи:

«Мы сами – сон драконьей лжи

Блестящим словом крещены».


Рецензии