Надпись на старой рукописи
Раскроется ль секрет, коль не умрет в золе,
того, кто коротал здесь век и к Богу призван?
Уходит человек, оставив на столе
в наклонных прописях души своей капризы.
Все могут рассказать глаза его и рот,
и в линиях руки вся сущность обозрима.
Но верить ли стихам? Кто до конца поймет,
как слово молвилось, и как рождалась рифма?
И разочарований так много, и обид,
читатель, ждут тебя с восторгом вперемешку.
Что в папках, стянутых тесемками, лежит –
душа ли ясная иль попросту насмешка?
1982
Свидетельство о публикации №126110507925