Города Герои Новороссийск, Керчь, Смоленск Гл 18

Был изгнан мерзостный садизм -
С Новороссийского порога.
Нет жителей - пуста дорога...
Уничтожал людей фашизм,
Безлюдно... глянь хоть вверх, хоть вниз.
В живых - мать, детки волей Бога!

Нельзя забыть всех партизан,
Что за Россию насмерть встали,
Фашисты мучили их, рвали
И, задыхаясь в крови ран,
Молчал Пётр Васев - великан!
Враги, что надо не узнали...

И Островерхов Степан был,
Как Васин Пётр врагом замучен,
Сказал с улыбкой: "А мне лучше -
При мысли, что во мрак могил
Фашизм по горло угодил".
Им солнце спряталось за тучи.

Смоленск во веки не стонал -
Во времена Наполеона,
Отведал вражью вероломность,
Изведав разных войн накал,
За Русь в неравный бой вставал,
Карал вражья бесцеремонность. 

Смоленск перед Москвой форпост,
Коли не сдюжит вражьи стаи,
Свершится истина простая -
Фашист победный скажет тост:
"Мы выпьем за земли прирост
От Бреста на Восток в бескрая!" 

Фашист Москву произведёт
В ранг ниже дряхлого соседства,
В котором праздник - водка с перцем
Для кучки выживших сирот,
Которых каторжный труд ждёт,
Чтоб проезжающим согреться...

Фашист в речах разгорячён...
И предлагает тост за русских,
Чтоб в них стрелять вместо закуски -
По выстрелу за каждый стон,
Коль русский стонет знать жив он -
Беда, "для всех тостов рот... узкий..."

Фашист напившись горевал,
Что не хватило красноречья
Сказать как бил из-под предплечья...
В расстрелах часто забывал,
Как с ненавистью русских звал:
"А Русь - край недочеловечья."

   ОКОНЧАНИЕ


Рецензии