Один вершил судьбу людского рода,
Другой носил колодки и клеймо.
Но им двоим открылась та свобода,
Что разрывает всякое ярмо.
Смотрел мудрец в глаза чужой гордыне,
Когда в тисках его ломали кость.
«Сломается», — звучат слова поныне,
В них нет защиты и забыта злость.
А тот, кто Римом правил одиноко,
Не строил стен от горя и смертей.
Он сам испил всю горечь до истока
У пепелищ своих родных детей.
Защита их — не каменные своды,
И не броня от мира и людей.
Они открылись таинствам природы,
Приняв судьбу до самых мелочей.
Когда душа распахнута для боли,
Её ничем не ранить, не убить.
В таком бесстрашье — истинная воля
И высший смысл: всё сущее любить.
Марк Аврелий и Эпиктет
© Copyright: Константин Сандалов, 2026
Свидетельство о публикации №126110503187
Свидетельство о публикации №126110503187
Рецензии