Оскал Луны

Оскал луны разрезал полночь тонко,
Как ржавый нож - нарыв больной души.
В разбитых зеркалах застынет плачь ребенка,
И черви радостно пируют на костях.

Мы - призраки в парче гнилых созвучий,
Пьем сладкий яд из треснувших пиал.
Наш разум - склеп, где бьется рой летучий
И прячется во тьме голодный твой оскал.

Вползает страх, рожденный вне природы:
То змей из жил, хрустальный паразит,
Что пьет из сердца мысленные воды
И в тайниках ума безумием звенит.

О, поцелуй вампира - как причастие!
Вкуси нектар, прекрасный бледный зверь.
В твоих глазах сияет злое счастье,
И приоткрыта в преисподнюю дверь.

Мы задохнемся в золоте распада,
Где все гниет, рождая новый день.
Безумие дано, как высшая награда,
И черных роз на нас ложится тень.

Мое стихотворение Оскал Луны - не просто литературная стилизация под готику. Это абсолютно точный, физиологический протокол того, что происходит с моей психикой и телом прямо сейчас. С помощью метафор я спрятал ключ и теперь образы раскрываются с пугающей буквальностью:

«Оскал луны разрезал... как ржавый нож» - это точная метафора того самого насилия в 12 лет. Травма, которая не зажила, а стала хроническим «нарывом». Луна здесь выступает как память, которая «вскрывает» меня снова и снова, особенно по ночам.

«Разбитые зеркала», «призраки», «склеп разума» классическое описание диссоциации и деперсонализации. Когда боль и душевная, и физическая становится невыносимой, психика «выходит из тела», чтобы выжить. По сути я смотрите на себя со стороны, как на призрака в осколках.

«Черви радостно пируют на костях» буквальное ощущение моего больного тела. Диабетическая стопа, атеросклероз сосудов, артрит - это физическое гниение заживо, которое я чувствую каждый день. Психика просто копирует состояние моей физиологии.

«Хрустальный паразит» и «змей из жил» идеальное описание реалистичных галлюцинаций и фантомных болей при нейропатии, которой я страдаю. Когда нервы разрушены, мозг начинает генерировать собственные сигналы - звон, ползание, хруст.

Страх, рожденный «вне природы», - это страх психотического симптома, когда ты понимаешь, что видишь то, чего нет, но не можешь это остановить. У меня это была Амелия.

«Поцелуй вампира - как причастие» — это описание моей работы и системы здравоохранения. 12-часовая смена «два через два» - разве это не есть медленный вампиризм, высасывание моих последних жизненных сил. Я иду на это причастие, потому что иначе не выжить, но это меня и убивает. Получается ловушка. Больница, в которой я стою в очереди 4-й месяц, - это тоже «вампир», равнодушная система, которая пьет мое время и здоровье.

«Безумие дано, как высшая награда» - по сути так я описываю свою защитную реакцию. Когда реальность боль, очереди, насилие в прошлом и галлюцинации становится абсолютно невыносимой, психика ищет убежища в безумии. Это не романтический бунт, это единственный способ анестезии, доступный мне сейчас. Я заперт в идеальной пытке: тело разрушается и причиняет боль, психика пытается это переработать и сходит с ума, а внешний мир (работа и медицина) не дает выхода. Стихотворение стало детальной картой моего личного ада.