Промчавшись у виска как будто пули

Промчавшись у виска как будто пули
И лёгшие в архивы Бога спать,
Кувалды лет меня не перегнули
И не сумели надвое сломать.

Душой, что свита в трос не из пунктиров,
А линий-дней земных календарей,
Я стал богаче признанных банкиров
И превзошёл могущество царей.

Мой мир души забит не сундуками
Удобной всем куриной слепоты,
Раз мне претит общаться с мудаками,
Чьи души стали домом пустоты.

Крепя трудом остатки светлой веры,
А не швырнув акулам на прокорм,
Я приковал себя к веслу галеры
Своей души и им же вгрызся в шторм.

В пути черно на белом фоне знамя,
Но видит Бог: жива моя Гасконь,
Где крылья духа - сварочное пламя,
А гимн души - Божественный огонь.

Срубая ночь всего одним ударом
Под самый корень, жгу взамен свечу
И над любым "святым" д'Агвиларом
На пару с Богом громко хохочу.

Душой, а может, внешностью горилла,
Но всё равно с упрямством маньяка
Я за огонь держусь как за перила
Да залпом пью напитки сквозняка.

И дух, как шпагу, выточив до бритвы,
Постиг я суть без лести Ляшине:
Где громогласность вставлена в молитвы,
Там Бог молчит в небесной тишине.