Да настанет пир! 3 круг
Лишь вечный дождь, не знающий конца.
В тяжелой, вязкой, ледяной трясине
В грязи гниют обжорства мертвеца.
Свинцовый град, не ведающий срока,
Сечет по темени, по спинам бьет.
Их плоть, познавшая услады сока,
Теперь в зловонной жиже лишь гниет.
В желудках их — неутолимый голод,
Что в жизни гнал к изысканным столам.
Теперь их стон опережает холод,
И грязь течет по вспухшим их губам.
На страже врат, оскалившись над бездной,
Где стонут души в своём бреду,
Во власти Цербер — исчадье тьмы железной
Сидит, венчая первозданную игру.
Три пасти жадно рвут гнилые туши,
Кидая грешников в болотный ил.
Он их терзает, слепит, вынимает души
Как жадный голод их при жизни медленно убил.
И средь трясин, вмерзая в эту кашу,
Где каждый стал подобием скота,
Я встретил Чакко, с пророчеством о падших
И об изгнании Данте с Флоренции не навсегда.
Лик Чакко раздут, словно тесто,
От вечных слез и мерзостной воды.
В нем нет былого флорентийского протеста,
Лишь знак безмерной тяжести внутри.
Он смотрит вверх, на капли ледяные,
И шепчет мне сквозь град и немоту:
«Я здесь лежу, и муки мне земные
Казались сном в обжорственном бреду».
Их грех — не пир, не сладость винограда,
А плоти власть над разумом живым.
Теперь их ждет единая награда:
Быть вечно здесь и гнить пока не упокоится весь Мир.
Свидетельство о публикации №126110404264
А это оценка 100/100))) Медалька 💝
Дитрих Дэм Даймонд 04.11.2026 18:35 Заявить о нарушении