стрела

ты ей стрелою в сердце сделал больно.
прошил насквозь, как будто Купидон.
и тело ее, падая безвольно,
пробило хрупкой головой бетон.
крови река, вокруг пустые лица
всех тех, кто так искусно верил в вас.
ты был влюблен, ты был готов смириться
с той болью, что она тебе воздаст.
ты выбрал чужой нежности забвение
и променял ее на блеск невинных глаз.
ты сам попал под чувства дуновение,
или ты выполнял ее приказ?
была ее любовь так холодна,
что чувствовал от Милой отторжение,
или была душа твоя слаба,
и ты не выдержал порочное влечение?
лицо ее казалось мне фарфором,
что аккуратно треснул молнией по швам.
глаза пронзила ей гримаса боли,
что так знакома мне не по словам.
и сил мне не было смотреть на те страдания,
что контуров точеность так легко передала.
и, вздрогнув от нежданного касания,
я обернулась, взгляд свой спрятав в рукава.
не поднимая взор, робела и краснела
перед садами нежности твоей.
я не смогла сдержать души грешной стремления,
когда ты тихо называл меня своей.
и мне уже нет смысла сомневаться,
теряться в мыслях, отбиваться от судьбы,
ведь мне уже милы, к несчастью, стали
сонаты звуки, что рождались из любви.
одно тревожит и волнует душу:
что ждет меня с тобою через дни?
ты будешь предан мне и станешь мужем,
иль быть стреле Амура и в моей груди?