Подражание Бродскому
стеной и лопаткой, когда ты замер
в комнате, где даже воздух кажется излишним,
а время — ржавым гвоздем в старом паркете.
Ты волен уйти, но куда? В пустоту
соседних дворов, где ветер
гнет ветки осины, похожей
на сгорбленного старца,
зачитывающего список своих потерь.
Свобода не в том, чтоб открыть все
засовы, а в том, чтоб понять:
этот засов — лишь деталь
ландшафта, как урна, козырек
или серость неба, в которое ты
вглядываешься, чтобы забыть
собственное имя.
Так насколько ты свободен?
Настолько, насколько ты можешь
смотреть на себя со стороны, как
на предмет мебели, вынесенный
в коридор. В этом холоде, в этой
дистанции — единственный выход.
Остальное — лишь смена одной
клетки на клетку побольше, где
больше места для эха. И только язык,
этот странный инструмент, позволяет
тебе быть вне этой геометрии,
превращая тюрьму в метафору.
В чистый, прозрачный звук.
Свидетельство о публикации №126110308603