Пожми ладонь, ведь этот жест теплее всех речей

Драг-дилеры попадают в рай
Храни их Джа Растафарай
Обязательно их угости от души
Брату на прощание руку пожми

Храни их, Джа, — кто шёл по краю,
кто жил, как будто жил в долгу,
кто нёс свою дорогу к раю
через асфальт и коноплю.

Не мне судить, кому там тесно
в твоих зелёных небесах.
Я знаю только: это место
не для святых, а для уставших.

Кому — Вавилон, кому — кандалы,
кому — пыль дорог и чужая вина.
А Джа не считает, кто падал, кто встал, —
он просто включает на всех солнце.

Брату на прощание руку пожми —
это всё, что мы можем, и это немало.
Между двумя тенями и одним днём
милость длиннее, чем наши дела.

Храни того, кто шёл тропой крутою,
Кто в темноте искал заветный сад,
Кто брёл сквозь боль с открытою душою,
Не требуя почёта и наград.

Не нам делить чужие судьбы строго,
Уставшим нужен ласковый покой.
Ведёт людей неровная дорога
Туда, где мир смывается рекой.

Пусть Вавилон тяжёлый давит стены,
И цепи тянут сердце глубоко,
Но лучезарный луч пронзит измены,
И на душе проснётся вновь легко.

Пожми мне руку тихо на прощанье,
Добра в ладони скрыто через край.
Любовь сильнее всякого страданья,
Она откроет двери в вечный рай.

Храни бродяг, идущих прямо к краю,
Тех, кто живёт, как будто бы в долгу.
Они несут разбитый путь свой к раю,
Ломая пыль на сером берегу.

Не мне судить, кому под небом тесно,
Где облаков раскинулся шатёр.
Я точно знаю: это свет под солнцем
Для тех, кто путь до пустоты протёр.

Кому полынь, оковы и туманы,
Кому чужая горькая вина.
А с высоты глядят на наши раны
И свет дают с восходом дотемна.

Пожми ладонь уставшему бродяге,
Ведь этот жест теплее всех речей.
И больше правды в дружбе и отваге,
Чем в темноте растраченных ночей.