Падманабха
Проявлялись тягучие, тихие звуки:
Перезвон колокольчиков, шепот молитв,
Уводящий в священные древние руки.
Я по плитам холодным беззвучно шла,
Сохранявшим тепло вековых паломников,
И вдыхала сандал, что сжигал дотла
Суету городов и мирских законов.
И гопурам взмывал, как живой монолит,
Из глубин этой сонной, прохладной земли.
Там, где лики богов среди каменных плит
Охраняли покой в предрассветной пыли.
За тяжелой, литой золотой дверной,
Где мерцали серебряным блеском кольца,
На змее многоглавой лежал в тишине
Тот, чье имя рассветом в душе отзовется.
Спит Великий Вишну. Глаза-алмазы
Смотрят прямо вглубь, сквозь миры и сны.
Из пупка его лотос расцвел, и сразу
Брахма мир созидал посреди тишины.
Там застыли эпохи, и время текло,
Словно медленная, неземная река.
Было в этой прохладе темно и светло,
И душа становилась чиста и легка.
Я проснулась. Но тайна осталась со мной,
Как священный, бесценный, негромкий ответ:
Все живое берет свой исток из покоя,
И в священной недвижности кроется свет.
Свидетельство о публикации №126110301777