Если старики велят. Домострой
Куплет 1
При Иване, при Грозном, на русской земле
Написали «Домострой» — не в угоду,
А чтоб в доме был лад, чтоб в семье был покой,
Чтоб по совести жить, а не спору.
Не дворянская мода, не западный шум —
Под рукой Церкви, с верой и толком
Отбирали обычай из тысячи дум,
Чтоб не жить ни кривдой, ни волком.
Припев
Писанный закон умирает,
А обычай живёт без оков.
Где старик говорит — там и правда встаёт,
Там и дом, и станица, и кров.
Куплет 2
Но казак не писал свой устав на бумаге —
Он и так был в крови, как молитва.
Если старики сумлеваются —
Значит, дело не выйдет, не пытайся.
Если деды не велят — значит, нет и пути,
Значит, надо стоять, не гордиться.
Атаман совет держал, заручался их словом,
Без него не решал ни двора, ни подковы.
Припев
Писанный закон умирает,
А обычай живёт без оков.
Где старик говорит — там и правда встаёт,
Там и дом, и станица, и кров.
Куплет 3
Старики — не чины, не указы, не власть.
Они память и совесть станицы.
Их не спрашивали — но без их «да» —
Не ходили ни в бой, ни к станице.
Выходили «в старики» по заслугам, по дням,
По годам, что как степь пролетели.
Им за шестьдесят три — но не в этом их стать,
А в том, что они не согнулись, не сдали.
Бридж (тихо, a cappella)
Писанный закон умирает,
Но живой обычай — в груди.
Не бумага, не герб, не печать —
Совесть стариков впереди.
Финал (без музыки, твёрдо)
Где старик говорит —
Там и правда стоит.
Где старик молчит —
Там обычай спит.
Совесть станицы.
Память и кровь.
Домострой — не бумага.
Домострой — любовь.
Сноска
Песня-переложение построена на тексте о «Домострое» и казачьем обычае. «Домострой» — памятник русской литературы XVI века, составленный при Иване Грозном под руководством Церкви; регламентировал семейные и бытовые отношения, отбирая «наиболее пригодные к русскому быту» обычаи. У казаков письменного домостроя не было: его заменял живой обычай, хранителями которого были старики — «память и совесть станицы». Без их одобрения не выполнялось ни одно распоряжение атамана. «В старики» выходили по заслугам и возрасту, обычно старше 63 лет. Формула «писанный закон умирает» — казачья; в песне она развёрнута как противопоставление живого обычая и бумажного устава. Песня не добавляет фактов сверх исходного текста; она переводит их в образный ряд.
Свидетельство о публикации №126110301231