Я не просила быть железной

А я ведь не просила быть железной,
Не выбирала этот тяжкий путь.
Я просто всем старалась быть полезной,
Забыв себя однажды как-нибудь.

Все так привыкли: сильная, всё сможет,
Не подведёт, не сдастся, не уйдёт.
А то, что сердце изнутри тревожит,
Никто не видит… Кто его поймёт?

Я улыбалась, даже если больно,
Шутила, если хотелось рыдать.
Но, Господи, с меня уже довольно!
Я так устала сильную играть…

Однажды дочь сказала мне сквозь слёзы:
«Не хочу быть сильной, мама, как и ты…»
И сердце обожгли её вопросы,
Разбив мои последние мечты.

А разве я хотела быть такою?
Нести весь мир на собственных плечах?
Мне тоже так хотелось быть слабою,
И не скрывать печаль в своих глазах.

Мне тоже так хотелось быть любимой,
Не за дела, не за терпенье, не за труд.
Быть просто женщиной — порой ранимой,
Которую и любят, и берегут.

Я столько лет жила для всех на свете,
Чужие беды принимая за свои.
За всех была всегда-всегда в ответе,
А для себя не находила и любви.

А помнишь, я совсем другой бывала?
Смешной девчонкой, искоркой шальной.
Я так легко смеялась и мечтала,
И жизнь казалась светлой и цветной.

Была весёлой, шумной, заводною,
Могла весь мир улыбкой обогреть.
И солнце будто бегало за мною,
И так хотелось радоваться, петь!

А что теперь? В душе моей метели,
И не приходит больше к ней весна.
Там все цветы под снегом онемели,
И я среди сугробов — как одна.

А в сердце плачет целый оркестр,
И скрипки стонут тонко, надрываясь.
И флейта, словно голос из-за детства,
Зовёт меня туда, где я смеюсь.

Кларнет выводит музыку разлуки,
И каждый звук — как незаживший шов.
А я протягиваю к счастью руки,
Но не хватает ни тепла, ни слов.

И дождь идёт… Не день, не два — годами.
Он поселился где-то глубоко.
И всё, что не смогла сказать словами,
Стекает по щекам моим тайком.

Я не сломалась сразу — понемногу.
По капле силы уходили в никуда.
Я всем другим показывала дорогу,
А для себя не видела следа.

И страшно не от жизненных ненастий,
Не от того, что трудно дальше жить.
А оттого, что я забыла счастье,
Забыла, как себя саму любить.

Мне хочется не подвигов, не славы,
Не громких слов о том, что я сильна.
Мне хочется иметь простое право
Быть слабой, если я изранена.

Хочу себя баловать, не стесняясь,
Купить цветы — не к празднику, себе.
И жить, ни перед кем не оправдаясь,
Не отдавая всю себя борьбе.

Хочу опять смеяться без причины,
И танцевать под музыку дождя.
Не ждать удара, подлости, кручины,
А просто жить… впервые для себя.

Но где найти ту девочку былую,
Что верила и людям, и весне?
Я по ночам о ней одной тоскую —
Она ведь до сих пор живёт во мне.

Она не умерла… Она замёрзла,
Устав от бесконечных зим и вьюг.
И, может быть, ещё совсем не поздно
Согреть её теплом любимых рук.

Я не хочу быть сильной и железной,
Я не хочу всю жизнь себя спасать.
Хочу побыть кому-нибудь бесценной,
Хочу любить, надеяться, мечтать.

И если я однажды вдруг заплачу,
Не говорите: «Сильная, держись».
Обнимите меня… Ведь это тоже значит,
Что я живая. Что во мне есть жизнь.

Я столько лет для всех была опорой,
А для себя — ни капельки тепла.
И лишь теперь, устав от вечной роли,
Я поняла: я тоже жить могла…

Не ради всех. Не потому, что надо.
Не ради долга, страха и похвал.
А просто быть собой… И быть той самой,
Которую никто не заставлял

Быть сильной, когда сердце умирало,
И улыбаться, если боль внутри…
Я так устала… Я всего лишь женщина.
Мне тоже нужно счастье и любви.


Рецензии