Тихая сила ожидания

(Беглые заметки филолога о современной поэзии)

Давненько мне не попадались на глаза такие глубокие, самобытные, высокохудожественные стихи, как вот это творение Ирины Шиловой:
Пауза
(или внутри зимы)

Среди штрихов стеблей древесных,
С налётом белой мягкой пудры,
Отведав холод, жизнь притихла.
Болеть надеждой вновь полезно.

И распечатав непочатый
В иззябших комьях пласт земли,
Жизнь наслаждалась шоколадом
В приметах линий, не одетых
В гравюрных оттисках зимы.

И удивилась снегопаду,
И тишина легла в ладони,
И, мысли выдохнув в мороз,
Осталось вытерпеть симптомы
И пережить
И неуютность, и неустроенность
Растерянность и временность,
И седину зимы.

Болезнь неясной этиологии —
Быть в ожидании весны.

Болеть надеждой вновь полезно.
Не просто жить - но просто быть.

Читаешь эти строки – и вдруг начинаешь видеть и слышать то, что обычно скрыто за серой обыденностью и тонет в шуме дней. По моему мнению, автор сумела поймать и бережно передать редкое состояние: не просто зиму как время года, а зиму как внутреннюю паузу, когда жизнь не исчезает, а притихает, чтобы накопить силы для будущего пробуждения.

Весьма богат ассоциациями образ «штрихов стеблей древесных, с налётом белой мягкой пудры». Здесь нет тяжеловесной символики — напротив, всё очень деликатно: пудра словно смягчает резкость голых веток, придаёт им хрупкую красоту. Мне кажется, эта деталь работает как тихий жест примирения с холодом: зима не враг, она укрывает, припудривает, делает мир чуть более нежным, даже в его оголённости.

Очень выразителен и удивительно уместен образ «жизнь наслаждалась шоколадом…»  На первый взгляд, сочетание «шоколад» и «зима» может показаться странным, но именно эта неожиданность и придаёт строке особую теплоту. С моей точки зрения, шоколад здесь — метафора маленького, почти тайного удовольствия, которое можно найти даже в суровом пейзаже: в изгибе ветки, в узоре инея, в самой фактуре зимнего дня. Это умение видеть вкус и сладость в обыденном — редкий дар, и автор им владеет.

Особого внимания заслуживает рефрен «болеть надеждой вновь полезно». Я считаю, что он является смысловым стержнем всего текста. Повтор не выглядит навязчивым — он звучит как внутренняя мантра, как тихий голос, который напоминает: ожидание — не пустота, это тоже форма жизни. И финальная строка «не просто жить — но просто быть» логично завершает эту мысль: в паузе важна не активность, а присутствие, способность выдержать тишину и неустроенность.

Сильной стороной стихотворения является также работа с ощущениями. «Тишина легла в ладони», «мысли выдохнув в мороз» — эти и другие фразы буквально дают почувствовать зимнее безмолвие и холод, его плотность и прозрачность. По-моему, автору удалось сделать зиму не фоном, а полноценным собеседником: она вступает в диалог с человеком, проверяет его на прочность, но и дарит редкие минуты ясности.

Нельзя не отметить и лексику, которая балансирует между обыденным и почти философским: «симптомы», «болезнь неясной этиологии» — медицинские термины здесь не выглядят чужеродно, напротив, они подчёркивают, что ожидание весны воспринимается как состояние, требующее терпения и внутренней работы. При этом тон остаётся лирическим, не сухим: «болезнь» здесь — не страдание, а особое чувство, сродни влюблённости или тоске по чему-то важному.

Идейно стихотворение строится на принятии временности и неустроенности — и в этом его сила. В мире, где нас постоянно призывают «действовать» и «достигать», Ирина Шилова напоминает: есть и другая ценность — умение быть в паузе, выдерживать «неуютность» и «седину зимы», зная, что за этим обязательно последует обновление.

Стихотворение «Пауза (или внутри зимы)» — это в некотором смысле карта внутреннего состояния лирической героини. Здесь есть и хрупкость, и стойкость, и тихая надежда, которая не кричит, а шепчет. Автор напоминает, что даже в самые холодные дни можно найти свой маленький «шоколад» — ту самую деталь, ради которой хочется дышать и ждать весны.

Александр МУРАШКО, филолог.