Духовный кризис на закате лет

Когда тускнеет позолота дней,
И кажется, что путь уж пройден весь,
В душе включается дисплей,
Несущий нам благую весть.

Прожитых лет тяжёлый гобелен
Истёрт до дыр, узор его поблек.
Ты сам себя завёл в греховный плен
И думал — так устроен человек.

Служил другим, искал похвал,
Копил добро, боялся нищеты.
А где-то в сердце голос застывал,
Который тихо спрашивал: «Кто ты?»

И вот закат. И больше нет уж сил
Грехи творить, играть чужую роль.
Мечты, что ты так бережно хранил,
Привносят в душу лишь глухую боль.

Всё рушится: устои и мосты,
Всё то, во что ты верил до седин.
И в зеркале теперь уже не ты,
А путник, заблудившийся в пути.

И кажется, что это — смертный час,
Последний акт бессмысленной игры.
Но именно в паденье скрыт для нас
Рассвет дряхлеющей души.

Духовный кризис на закате лет —
Не наказанье, и не дьявольский навет.
То гаснет суеты манящий свет,
Чтоб проступил Божественный портрет.

Всё лишнее сгорает, как листва,
Вся шелуха накопленных побед.
И в этой боли — сила божества,
И в ней — спасительная весть.

Он — «инструмент» духовного очищения,
Не меч судьи, а скальпель мудреца,
Чтоб вырезать гордыни нагноения
Из утомлённого борьбой слепца.

Он нужен, чтоб порочное в себе изъять,
Потомкам юным передать
Не души томление, а завет —
Не повторять грехов твоих букет.

Припасть к божественным стопам,
Прощение вымаливать грехам.
Шептать одно лишь: «Господи, прости...»
И свет забрезжит впереди.