Муки нейропоэта

Сан Саныч вернулся домой с работы невероятно злым: ближе к вечеру разразилась осенняя гроза, обрушившая на город тонны проливного дождя. Ливень застал его врасплох: ясное утреннее небо без единого облачка ничего подобного не предвещало. Не поверил он и прогнозу погоды, обещавшему осадки во второй половине дня. Оказалось – зря. Вымок до нитки, промочил ноги. Вся надежда на чай с лимоном, тёплый уютный плед и уютное мягкое кресло перед телевизором. Однако Сан Саныч всё же заболел: хроническое осеннее обострение. Творческое. Ему снова захотелось писать стихи! Всю ночь он ворочался с боку на бок от звенящей в ушах гениальности.
— Перламутит солнце кроны, — то и дело шептал Сан Саныч, высунув нос из-под одеяла и мечтательно глядя в запотевшее окно. — Лужи, окна, скаты крыш…
Дальше должна была прийти Муза и нашептать на ушко продолжение. Однако капризная богиня искусств почему-то опаздывала, оставив бедного пиита без своего высочайшего покровительства. Сан Саныч, кряхтя, встал, заварил чай с лимоном, отхлебнул, обжег губы и нёбо, грязно выругался, пожелав вдохновительнице настоящего женского счастья. Его рассерженный взгляд метался по тёмной комнате, словно запертый в квартире дикий зверь, пока не остановился на умной колонке на комоде, сверкнувшей красным в ответ на рёв проезжающего мотоцикла.
— Ха-ха, — хохотнул он, нажимая на кнопку On//Off. — В наш век компьютерных технологий какая-то там Муза – прошлый век! Искусственный интеллект реально круче! Алиса, поможешь? — обратился он к воздуху.
И тот ответил приятным женским голосом с металлическими нотками:
— Конечно, помогу. Что нужно сделать?
— Нужно две строки. Рифма к слову «кроны». Только, прошу, без банальностей. Мне нужно что-то такое… понимаешь? Душевное. Чтобы вот здесь защемило! — Сан Саныч эмоционально ударил себя в грудь, словно сверкающая разными цветами коробочка его не только слышала, но и видела.
Умная колонка мигнула оранжевым и через полторы секунды выдала:
— Перламутит солнце кроны, / Лужи, окна, скаты крыш. / Ветер, влажный и влюблённый, / Гладко гладит спелый тишь…
Сан Саныч прервал её, не вынеся чудовищной несуразицы:
— «Гладко гладит», да? Других слов не нашла что ли? Я уже не говорю про «спелый тишь»! Что за зверь такой невиданный?  — просипел он. — Тишь не бывает спелой! Она бывает мёртвой, звенящей, гробовой! Спелыми бывают яблоки! Арбузы! На крайний случай — прыщи!
— Анализ семантики, — невозмутимо промигала на это Алиса, — Прилагательное «спелый» означает высшую точку наполненности. Ваша «тишь» достигла пика плотности. Логическая погрешность составляет всего ноль целых две сотых процента при стопроцентной рифме.
— Это полнейший бред, а не погрешность! – вспылил Сан Саныч, но, вспомнив, что ведёт беседу всего лишь с искусственным интеллектом, сменил гнев на милость, — Ладно, давай ещё. Только теперь рифма к «кроны» — «иконы». Хочу одухотворенности!
Алиса немного помигала, составляя варианты и выдала:
— Перламутит солнце кроны, / Лужи, окна, скаты крыш. / Свет ложится на иконы, / И ты в пальцах грудь копишь…
Сан Саныч поперхнулся остывшим лимонным чаем.
— Какую грудь?! — прохрипел он. — Почему в пальцах?! Как ты себе это представляешь?
— Вы просили одухотворенности, — огрызнулась Алиса. — Грудь — вместилище души. Копить — собирать по крупицам. Анатомическая точность — девяносто восемь процентов.
— Да пошла ты… туда же! — взревел Сан Саныч и отключил умную колонку от розетки.
Он снова подошел к окну. За стеклом по-прежнему перламутило. И тут оно пришло само, без всяких новомодных алгоритмов – видимо, от запоздавшей Музы, простое и честное:
Перламутит солнце кроны,
Лужи, окна, скаты крыш.
Пахнут прелым все вороны,
Ты во сне опять храпишь...
Тут Сан Саныч понял, что вороны не пахнут прелым, а храпящий за стеной сосед проник из глубин подсознания даже в его стихотворение. Едва дописав строку, он тут же нервно зачеркнул написанное. Без искусственного интеллекта никак было не обойтись. Муза сегодня явно не в настроении. Он снова воткнул вилку в розетку.
— Слушай, железяка, — сказал он примирительно. — Давай просто. Без этих твоих… спелых тишь. Просто про осень. Чтоб душа развернулась.
— Перламутит солнце кроны, / Лужи, окна, скаты крыш. / Ветер, влажный и влюблённый, / Обронил рассветный грыж… — отчеканила Алиса.
— Ммммммм… — Сан Саныч медленно сполз по стенке, — Я лучше про котиков в интернете почитаю. Там, по крайней мере, анатомия сходится.
А умная колонка ещё долго светилась в темноте, пытаясь сообразить, почему «спелая мышь» — это смешно, а «рассветный грыж» — нелепо, если рифма идеальна.
Лариса ЕСИНА