Суворов после штурма Измаила
Оседает над рухнувшей стеной.
Всё кончено. И странно и тоскливо —
Теперь считать, кто не пришёл домой.
Стоит Суворов, плащ накинут косо,
В глазах — усталость, в сердце — тихий лёд.
Не славит он ни громкое «победа»,
Ни тот огонь, что выжег небосвод.
Он помнит каждый шаг по скользким камням,
Каждый приказ, что резал тишину,
Как шли вперёд сквозь пламя и сквозь камни —
Сквозь смерть, что метила в живую струну.
«Спасибо, братцы…» — шёпотом, негромко,
Чтоб не спугнуть ту хрупкую зарю.
Он знает: подвиг — это не корона,
А боль, что делят все на берегу.
Рассвет встаёт над Дунаем спокойно,
Смывая порох, гарь и горький след.
А он всё смотрит — строго, тихо, ровно —
На тех, кто выстоял. На тех, кого уж нет.
Ветер гуляет меж разбитых башен,
Стирая след недавней жаркой битвы.
Суворов знает: слава — лишь мираж лишь,
А главное — сохранить живые нити.
Пусть гром наград гремит в столичных залах,
Ему важней простой солдатский взгляд.
Он помнит всех, кто шёл в огонь без страха,
И в сердце бережёт их тихий ряд.
Свидетельство о публикации №126110105882
Хотя вряд ли имеет отношение к реалиям того времени...
Ivan Zink 04.11.2026 10:22 Заявить о нарушении