Дед пихто и хэллоуин

Дед Пихто поселился инкогнито возле реки. Это было в четверг, ну и дождик прошелся, конечно. Вызревала на ветках и лопалась соком черешня. Рак свистел на горе, и туманы спускались, легки. Дед поставил палатку – обычный межзвездный портал, и оттуда полезла в мир чисть и веселая нечисть. Алконоста с Жар-птицей Пихто подружил с первой встречи, Водяной рисовал для Русалки картинку кита.
День и ночь поженились и сына назвали Восход, а второго, естественно, сразу назвали Закатом. Дед Пихто говорил, что еще бы дочурку им надо. И назвать ее феей туманов и призрачных вод. Жизнь кипела ключом, но однажды, пройдясь колесом, дед Пихто искупался в подсолнухах, славное дело. Просто радость такая щемящая в деде звенела, что хотелось коснуться рукой сразу тысячи солнц.
А потом одуванчиков поле попалось в пути. Серебристых, прозрачных, готовых к большому полету. Это луны – вскричал дед Пихто! И нырнул беззаботно. И так лунно заныло, так солнечно пело в груди, что взгрустнулось Пихто  о забытом седом ноябре. Он не видит сейчас одуванчиков ясные лица. Хорошо бы июньским теплом с ноябрем поделиться. Дед послал ему пух одуванов на алой заре.
В ноябре с неба сыпется белый серебряный снег. Как привет от беспечного и сумасшедшего лета. Нежный пух покрывает поля и леса незаметно. Людям слышится деда Пихто ободряющий смех. Дед всегда вспоминает о тех, кому жить нелегко. Одинокой струне непременно находит гитару. Я смотрю на него – молодой, хоть и выглядит старым. У него сто имен. Пусть сегодня он будет Пихто.
Но сегодня, в Хэллоуин деду иная судьба. Со старухой Никто они сделают тыкву каретой. И зажгут огонек – как привет из веселого лета. И счастливая Золушка Осень поедет на бал. Грустный принц ноября будет с ней танцевать нежный вальс, а в двенадцать часов – башмачок ледяной и хрустальный принц найдет на ступенях, вздохнет как обычно печально и споткнется о тыкву и лето закончится в нас.