Глава 12. Сделаем Ее Счастливой...

БОГ — ЭТО МИР И ЛЮБОВЬ


Поэма в прозе

(перевод на слух с аудио-книги на испанском языке)


Посвящаю мой перевод этой Чудесной Истории
Светлой Дорогой для меня Памяти
Петра Аркадьевича Столыпина,
который страстно мечтал, чтобы такие
Небольшие Наследственные Семейные Имения — Усадьбы — Ранчо —
процветали бы по всей необъятной территории России —
и чтобы люди — Гордые Образованные Независимые Хозяева их —
жили на своей Собственной Личной Семейной Земле
так же счастливо — как герои этих Трогательных Мексиканских Историй —
в Надежном Мире, в Братских — Сестринских Чувствах — в Любви —
и так растили бы детей своих Патриотами естественным образом —
и столь же искренне берегли бы, охраняли Природу...


Пусть Голубь с мексиканского ранчо
на Славянские Земли летит
с Посланием Мира и Братства,
и Святыни Господней — Любви…



Глава Двенадцатая

СДЕЛАЕМ ЕЕ СЧАСТЛИВОЙ...


Последующие дни стали пыткой. (2:13:18) Я пытался поддерживать обычный распорядок дня - вставать рано, ухаживать за животными, налаживать, приводить в порядок всё что нужно… Однако, всё казалось лишенным смысла. Еда была безвкусной, работа не утомляла в достаточной мере, ночи не имели конца…

Я спал в нашей комнате, на нашей постели, обнимая подушку, которая еще хранила Ее аромат… И плакал. Плакал — чего не бывало со мной со времени смерти Елены.

На третий день появился с визитом сеньор Тонико, увидел мое состояние и уселся со мной на крыльце.

- Она вернется, Сэ, - сказал он мне просто, - тот, кто по-настоящему любит, всегда возвращается…

- А если не вернется?

- Тогда будешь заново учиться жить — так же, как научился раньше — но я верю, что она вернется… Я видел — КАК она на тебя смотрела… Такое не проходит со временем, такое остается на всю жизнь. (2:14:17)

Я хотел в это верить, очень хотел…


На пятый день я отправился в поселок, купил там вещей, в которых не было никакой нужды — лишь для того, чтобы выбраться из дома, развеяться, отвлечься от мыслей…

Донья Неуса увидела меня и обеспокоилась:

- А Мариана?

- Уехала навестить свою семью. Вернется на следующей неделе.

- Вернется? - взглянула она на меня в сомнении, - ты в этом уверен?

- Должен верить…


На шестой день я начал готовить дом к Ее возвращению. Вымыл всё, аккуратно расставил, поставил свежие цветы в вазы, попытался сам сшить новую скатерть. Получилось вкривь — вкось — но важно было старание… (2:15:00)


На седьмой день — в субботу — я проснулся еще до восхода солнца. Я не мог спать, не мог оставаться спокойным. Присел на крыльце, смотря на дорогу — ожидая… Время шло — час за часом… Восемь часов утра — девять — десять — полдень — ничего…

Начал чувствовать безнадежность, отчаяние… А если Она передумала? А если семья Ее убедила Ее остаться? А если…

И тогда я увидел вдали вздымающуюся пыль  - по дороге приближалась машина!.. Сердце мое учащенно забилось. Я встал, подошел к воротам…

Машина приблизилась — только одна на сей раз — красная. Остановилась. Дверца открылась — и Мариана вышла из машины — в джинсах, простой рубашке, волосы собраны, рюкзак за спиной — улыбающаяся…

Мы побежали навстречу друг другу. Обнялись крепко — с отчаянием и облегчением.

- Ты вернулась, вернулась!..

- Я же обещала вернуться, - Она посмотрела в глаза мне, - Я никогда не сомневалась, Сэ — на на секунду. Знала — где мое место…

- А семья твоя?

- Они поняли. Было тяжело. Были слезы, дискуссии, но наконец они поняли, что я счастлива здесь, что здесь мое место, и обещали навещать меня… Я же обещала не исчезать больше… А Ты — Ты уверен?

- Уверен — абсолютно.

Она улыбнулась, погладила мое лицо…

- Никогда ранее я не был столь уверен…

- Здесь я дома, и дом — это не просто какое-то место, это место, где мы выбираем пустить корни, и корни мои — здесь с Тобой…

Я поцеловал Ее прямо здесь — на половине пути к дому — под обжигающим солнцем ранчо. (2:17:06) Поцеловал со всеми чувствами, которые хранил в течение этих семи дней ожидания — со всем моим страхом — со всею любовью — со всею надеждой…

Она посмотрела на ранчо:

- Дом стал другим, - сказала Она.

- Я вымыл его, привел в порядок, попытался украсить его для Тебя…

- Восхитительно! - Она взяла меня за руку, - пойдем же! Пойдем же домой.

Взял Ее рюкзак, и мы пошли вместе по этой грунтовой дорожке — через ворота — по двору ранчо. Курицы, увидев Мариану, побежали к Ней, оживленно кудахтая. Она засмеялась, наклонилась, погладила их.

- Даже курицы по Тебе скучали!..

- Я тоже скучала по всему этому — по запаху земли — шуму ветра — по ночной тишине, - Она выпрямилась, взглянула на меня, - по Тебе…

Мы вошли в дом. Она оставила свой рюкзак на полу, прошла по зале, по кухне — дотрагиваясь до всех предметов обстановки, вещей — как бы восстанавливая свою с ними связь. (2:18:11)

- Пахнет пирогом! - сказала Она удивленно.

- Попытался испечь, используя рецепт из тетради Елены. Вышел немного косоват, чуть подгорел…

- Но он превосходен! - Она обняла меня, - всё здесь совершенно чудесно…

Когда опустилась ночь, мы уселись на крылечке, наблюдая звездное небо. Мариана прижалась ко мне, моя рука легла поверх Ее руки…

- Знаешь, что я поняла, когда была там? - Поняла, что провела всю мою жизнь в поисках своего настоящего места, пытаясь отвечать ожиданиям других людей, пытаясь вписаться в рамки, которые мне не подходили… И — когда прекратила искать — когда я просто жила — нашла…

- Что Ты нашла?

- Мое место, мою цель, мой мир, - Она обернулась ко мне, - Тебя…

- Я — не главное…

- Ты — это Всё, по крайней мере — для меня…

Я молчал — слишком взволнованный, чтобы что-то сказать…

- Сэ, - обратилась Она ко мне, задумчивая, - могу задать Тебе вопрос?..

- Можешь…

- Как Ты думаешь — Елене бы понравилось? Это было бы Ей по душе?..

Я посмотрел в это звездное небо — думая о Елене — женщине, которую я так любил — щедрой благородной радостной… которая всегда желала, чтобы я был счастлив... (2:19:34)

- Она бы полюбила Тебя, - ответил я со всей уверенностью, - потому что Ты делаешь меня счастливым. И это было то, чего Она всегда желала.

Мариана улыбнулась, вытерла слезы.

- Тогда — сделаем Ее счастливой… Будем счастливы…

Мы оставались там на крылечке допоздна — строя планы, мечтая о вещах маленьких возможных…

И когда наконец мы уснули, обнявшись на нашем супружеском ложе, я почувствовал то, чего не чувствовал уже очень давно — Полноту — не потому, что Мариана заполняла собою какую-то пустоту — но потому что вместе мы были Цельными… Два полноценных человека, решившие разделить друг с другом свою жизнь. (2:20:17)

И этот выбор — этот простой глубокий выбор — жить, строить, любить — это было самым красивым в моей жизни…


Три месяца спустя…

Субботнее утро выдалось ясным, на синем небе не было ни облачка. Это был праздничный день в поселке, совпавший с Днем рождения доньи Неусы, и она настояла, чтобы все пришли.

Мариана стояла перед зеркалом, расчесывая свои длинные волосы.

- Как я выгляжу? - спросила Она, оборачиваясь ко мне.

- Прекрасно, - ответил я — и то было правдой.

Простое платье с цветочным узором, распущенные по плечам волосы, загорелое лицо — Она была прекрасна естественной неподдельной красотой…

- А Ты — не собираешься переодеться? - спросила Она, заметив, что я еще в джинсах и рабочей рубашке. (2:21:11)

- Да, переоденусь, но сначала я должен Тебе что-то дать…

На Ее игривом лице читалось любопытство белочки…

Я прошел в комнату, открыл ящик ночного столика, взял маленькую коробочку, которую хранил там вот уже две недели — с тех пор как купил ее в городе, вернулся в зал…

Мариана смотрела на меня, заинтригованная. Я глубоко вздохнул, открыл коробочку. Внутри — простое серебряное обручальное кольцо — без камня, без украшений — просто гладкое честное обручальное кольцо.

- Мариана, знаю, что нам не к спеху, что у нас есть время, но знаю также — со всей моей уверенностью — что хочу провести оставшуюся часть моей жизни с Тобой. Хочу просыпаться рядом с Тобой все мои дни. Хочу состариться рядом с Тобой. Хочу построить семью с Тобой….

Взял обручальное кольцо:

- Ты выйдешь за меня?

Она стояла недвижно, с широко открытыми глазами — и заплакала, улыбаясь.

- Да, - сказала Она дрожащим голосом, - да, да, тысячу раз да… (2:22:24)

Я надел кольцо на Ее палец. Оно подошло Ей как раз.

Она обняла меня — плача и смеясь, целуя мое лицо.

- Я люблю Тебя так — так — что до боли порою…

- Я тоже…

Мы долго так оставались — обнявшись, потом она вытерла слезы, глубоко вздохнула:

- Мы всем расскажем на празднике — если Ты хочешь…

- Хочу! Хочу, чтобы все это знали.

Мы улыбнулись.

Закончили приготовления. Я оседлал Трубадура, который снова стал сильным здоровым. Мариана села позади меня, обнимая меня за пояс, с блестевшим на пальце новым обручальным кольцом. И мы отправились в путь по грунтовой дороге под жарким солнцем Гуанахуато — по направлению к поселку — по направлению к празднику —

- по направлению к Будущему…

- к Будущему, в которое год назад я не верил…

- к Будущему, которое началось с белого одеяния невесты, перепачканного красной землей… с Женщины, горько рыдающей на земле на церковном дворе... и с простого решения остановиться — когда я мог проехать мимо… (2:23:34)

И — когда мы ехали — ощущая лицом свежий ветер, смотря на эту раскинувшуюся перед нами необъятную ширь горизонта — я размышлял обо всем происшедшем…

...о том, как худшие моменты жизни иногда открывают путь к лучшим,

о том, как неожиданные встречи могут менять судьбы,

о том, что Любовь — Любовь настоящая терпеливая, которая строится день за днем — она не обязательно должна быть совершенной, но должна быть настоящей реальной…

И наша Любовь таковой и была — полностью — глубоко - вечно реальной… (2:24:10)

Я посмотрел назад. Имение было уже далеко — виделось совсем маленьким на горизонте, но корни, которые мы там пустили — корни любви, труда, преданности — эти корни никто не мог уже вырвать, потому что, когда ты находишь наконец твое место в мире, когда ты находишь наконец человека, ради которого ты хочешь остаться там — ты не нуждаешься уже больше ни в чем…

Тебе нужно лишь мужество сделать выбор — и продолжать подтверждать этот твой выбор ежедневно — всю оставшуюся жизнь…

Любовь порою не приходит, когда мы ее ожидаем… Она приходит, когда мы нуждаемся в ней, приходит, когда мы готовы, приходит, чтобы остаться с нами — если у нас есть мужество позволить ей это… (2:24:56)


Это — история о Вторых Возможностях, о том, как Эмпатия — Доброта, Милосердие, Сострадание — может спасти жизни, о том, как самые невероятные встречи могут стать самыми важными, и о том, что — в конце концов — родной очаг — это не там, где мы рождаемся, но там, где мы выбираем пустить наши корни…

И — когда ты делаешь это с любовью заботливо преданно — корни эти становятся достаточно сильными, чтобы выдержать любую бурю. (2:25:27)