Французская речь и русский мат
Мимо кабаков, где шёлк и Шанель-духи.
Каждое «мерси» — как плевок сквозь зубы,
Среди позолоченной, надушенной трухи!
Слушайте, пижоны, заплывшие салом,
Ваш версальский лоск — для ваших витрин!
Я стою один, как на пьедестале,
Сын степей российских, бунтарь и властелин!
Французская речь — как хмельной лимонад,
В ней кружева слов и изысканный яд.
Но если прижмёт, если жизнь подопрёт —
Русский отборный на помощь придёт!
Я ль на этих улицах не искал покоя?
Не звенел тальянкой в золотом хмелю?
Здесь всё так красиво, только жизнь чужая,
Даже башню Эйфеля никогда не полюблю!
Заиграй, гармошка, хрИпло, надрЫвно,
Про кабацкий дым, про родимый край!
К горлу эта вежливость паршивая прилипла —
Хоть ложись и замертво, с тоски подыхай!
Французская речь — как хмельной лимонад,
В ней кружевА слов и изысканный яд.
Но если прижмёт, если жизнь подопрёт —
Русский отборный на помощь придёт!
Эй, гарсон! Смотри на меня в упор!
Хватит лепетать своё «силь ву пле»!
Я сейчас устрою словесный террор —
Трёхэтажный шок — и Монмартр в огне!
Рванул ворот — и голосом шарахнул!
Так что задрожали люстры и хрусталь!
Про судьбу, что нас жестоко оттрахала,
прО пропащую юность и глухую даль!
Замер содрогнувшийся, онемевший зал,
Смыло с них манеры, как волной с кормы.
Сам пижон французский плакал и икал,
Вспомнив, что от сумы не уйти, как и от тюрьмы.
Слышишь, Русь родимая? Слышишь, мать-земля?
Здесь, в Париже, голос наш гремит всерьёз!
Мать твою так… этак… В общем, вуаля! —
Сквозь надрывный хохот и потоки слёз.
Французская речь — пускай шёлком звучит,
Для тихой беседы она пригодится.
Но если душа в полный голос поёт —
Наш мат над Парижем взлетит гордой птицей!
Вуаля, господа!
Свидетельство о публикации №126103006532