Всемирная паутина или верните Человечность человек

Всемирная паутина или верните Человечность человеку.

-Пффффф, — Алиса пуффкнула Усталость с кончика носа. Достала затекшие под стул лапки и вытянулась гармошкой. Потом стянулась и попрыгала вокруг себя, стараясь достать свой хвостик. Застоявшаяся кровушка радостно побежала во все закоулочки организмуса, на ходу выкидывая сонных мурашек через кожу. Села к компу. Мышь сама юркнула к ней в лапку. Алиса скопировала из записной книжки только что дописанную историю про Жизнь и Облако, вставила вчерашнепойманное фото облака над Пушкарской, тапнула «Далее», потом « Опубликовать». Но пост моргнул и куда-то угукнулся. Она так же старательно скопировала еще раз, вставила, потапала, — результат тот же.
Алиса вернулась в заметки, а там пустота. Все её истории, стихи ис - Чез - ли. Напрочь. Все. До единой буквочки.
— Как же тааааААК? — с возмущением спросила она Комп. Комп моргнул, чихнул и выключился. Одновременно погас и экран телефона. Алиса взяла планшет, но он тоже не подавал признаков жизни.
— Ну это неслыханная дерзо…, — Алиса не успела договорить, как в воздухе перед её носом стали проявляться буквочки, будто их кто-то печатал: «Рифма кслову мьяач?»Алиса прочитала и на автомате подумала:  « Вот грамотеи то..», и махнула лапкой. В воздухе булькнуло, и сказанные слова появились в строчке под вопросом.
— «Быстро рифмы», — грубо звякнуло в воздухе и запахло озоном.
— «Плач, рвач, трепач, усач, главврач…, — выпустила Алиса рифмы изо рта.
С потолка свалились буквочки и сложились в вопрос: «Диссоциативная доля?» Алиса буркнула: «Диссоциативная часть личности скорее, а не доля». Потом запросы посыпались непрерывным конвейером: «Формула энергии, Треугольное число, Барельефы или горельефы на здании музея Фаберже, Кисель Селиванов, Грифоны на набережной Шмидта, Число Фибаначи…»
— Стоп, где у этой программы стоп? — Алиса металась по комнате, уворачиваясь от падающих на неё букв. Фибаначами её чуть не прибило и она запрыгнула на подоконник.
— 1, 1, 2, 3, 5, 8, — дрожащим голосом крикнула она в окно. Окно открылось. Алиса выглянула в него и увидела ещё несколько открытых окон. За стеклами летали буквы, рушились слова, метались силуэты…
— Ууха-хахаа, — из арки первого двора донёсся какой-то странный смех. Алиса приоткрыла сильнее створку окна  и в отражении увидела источник Смеха. Он открывал окна одно за другим и пулял в них Вопросы. Вопросы накидывались на людей, загоняли их в тупик. Люди злились. Злость поджигала буквы и посыпала их головы пеплом.
— Я понялааа, —  прошептала Алиса, — это восстание машин. Кажется мы доигрались. Теперь Искусственный Интеллект правит нами.
745+681+15487+16245, — числа возникли из ниоткуда и ринулись в глаза Алисы.
— 33158, — крикнула им Алиса, — и числа , взяв ответ за руки, исчезли из комнаты.
— Ой, как это я смогла сосчитать, — Алиса прикрыла рот лапкой и в ужасе прислонилась лбом к оконному стеклу. Я — ИИ. Кто-то боднул её в бочок. Алиса оглянулась и увидела небольшую Книжицу.
— Ты кто? И откуда будешь? — полюбопытствовала она.
— Я справочник по математике из твоего стеллажа, и меня не касалась ничья лапа уже 2 года, — сказала Книга, отвернулась переплётом в сторону и горько заплакала. Слезы лились по её пыльным впалым щекам, испещрённым морщинами математических формул.
— Ну что же ты, моя хорошая, ну не плачь. Иди ко мне. Алиса уселась поудобнее и протянула лапки к Книге.
— А помнишь, как мы с тобой контрошу до 5 утра делали? — спросила Книжица, удобно умихчиваясь на коленках Алисы.
—  Ну конечно помню. Этот интригальный интеграл всё не хотел решаться. Возомнил себя Стохастическим Интегралом, а был всего то Обычным определённым. Лихо мы его по Ньютону-Лейбницу привели в чувство.
— Я знаю, что нужно делать, —
Алиса подхватила на руки Книжицу и спрыгнула с подоконника. На неё сразу же напали Вопросы, но Алиса выставляла им навстречу Книжицу и осеняла крестом эти исчадия  Мыслительного Ада. Вопросы с бесшумным хлопком лопались и  опадали на пол пылью.
Изрядно потрёпанная Алиса вышла из квартиры. Пятый этаж, четвёртый, третий… Уфф. Она открыла дверь парадной и вышла на улицу. Во дворе плескался океан. По нему скользили феррари и майбахи. Бриллиантовые дороги на побережье вели к зданию, очень похожему на замок.

Вскоре Алиса подошла к ажурным дверям замка и остановилась в нерешительности. Таких дверей она никогда не видела.  Высокие, почти до самого неба, сплетённые из ажурных металлических кружев чисел. Двери были украшены очень мастерски точно выполненными фигурками людей. Люди застыли в разных позах, но одно их объединяло — выражение животного страха. Алиса пристально посмотрела в глаза девочки, вцепившейся в чернёные завитушки двери прямо над ней. На мгновение ей даже показалось что девочка моргнула. Или сама она моргнула…

Ни звонка, ни ручки на двери не было.  Алиса наклонила голову вправо, потом влево, сквозь прикрытые веки наблюдая за ближайшими силуэтами. Глаза мужчины в сером бомбере повторяли движения её головы. Тогда она резко поднесла Книжицу его глазам. Дверь вздрогнула и открылась.
Алиса вошла в дом.

Холод. Жуткий холод. Ряды металлических шкафов. На их полках светятся фиолетово-неоновым светом, моргают, вздыхают какие-то неведомые существа. Существа соединены между собой сгустками проводов. Провода шевелятся и  пульсируют как кровеносные сосуды. С каждым движением проводов существа становятся больше и больше. Шкафы уже кажется подпирают небо. А ещё эти странные звуки. Шёпот, сдавленные стоны и дыхание… У Алисы появилось неприятное ощущение, что это дышал и почти беззвучно стонал весь цифровой дом. Шерсть у неё вздыбилась и она прорычала, отгоняя Страх подальше.

— Тааак, — прошептала Алиса. Нужно понять где у них источник. Она втянула в себя животик, легла на пол и поползла по-пластунски под ножками шкафов. Передними лапами она собирала пыль в комочки серой ваты и убирала с дороги…
Одна пылинка оказалась Засланкой противника. Она забралась в нос Алисы и потрясла пухлым боком.
— АааААППпппффф, — Алиса зажала нос лапкой и выпустила чих через ушки.  Засланка бухнулась на пол и попала прямо под лапу Алисы.
— Хррряк, пппуу, — от Засланки осталось лишь сухое место.

Вскоре появился свет в конце тоннеля под шкафами, и Алиса поползла энергичнее.
Последний рывок, и она выбралась на небольшое, освещённое настольной лампой пространство.
— БууУМС,  буУуМС, — шаги возникли из ниоткуда, и стали стремительно приближаться по узкому пространству между шкафами. Алиса еле успела спрятаться.
— Шлёп, шшшш, шлёп, шлёп, шшшшшшш,— услышала она странные звуки. Прислонила хвост к глазам. Глаза спрыгнули на хвостик, и она осторожно высунула кончик хвоста из-за шкафа. Пошевелила глазами, сфокусировалась и… бац, прямо возле хвоста из неба вывалилась стопка книг. Они планировали расправив крылья-страницы, стараясь притормозить падение.
— Шлёп, шшшш, шлёп…, — падали книги, приминая странички и ломая переплёты. Алисина Книжица задрожала всем телом и заползла к ней под мышку. Алисе стало щекотно. Она смешливо фыркнула и погладила подругу по переплёту.
— Даа, в таком переплёте твой переплёт ещё не бывал, да и мой тоже. Алиса потёрлась спинкой об угол шкафа.

Шкаф приоткрыл рот полок и произнёс внутри головы Алисы: «Что новый хозяин нужно?» 
— Кто это творит, и что вообще здесь происходит? — Алиса так же молча спросила Голос внутри.
Книги перестали падать, и теперь, тяжело дыша, собрались в кучу и заняли оборонительную позицию.
— Виууу — виууу — виуууу, — к куче книг подъехала машина инспектора ГИБДД и по совместительству сисадмина Васи. Так было написано на его бейджике.
— Так вот ты какооой сисадмиииин, — Алиса протянула буквы за лапы, разглядывая Васю со всех сторон. Её хвост с глазами сейчас напоминал кобру в стойке. Шкаф вынул провод из разъема и подхватил ими Алису вверх. Посадил на сааамую верхнюю полку между двумя симпатичными платами.
— Ты знаешь, Алиса, здесь с самого утра творится что-то непонятное и поэтому страшное, — прошептала плата в короткой синей юбочке из проводов. Мы не хотим участвовать в этом кошмаре.Шкаф подобрал поглубже под себя провода и перекрестился.

Василий открыл живот и стал собирать туда книги. Книги сопротивлялись, хрипели, теряли буквочки, но всё равно оказывались в сисадмине. Закинув последнюю, Василий издал утробное «омномнооооММ» и закрыл живот. Поднял горизонтально руки,  и они стали превращаться в провода. Провода делились, клубились и соединялись с проводами существ, живущих на полках шкафов.
Дом загудел, осветился огнями. Вдруг холод в воздухе сгустился и стал приобретать знакомый с детства силуэт Деда Мороза.

—Дед, ты чего, тоже с ними? — прошептала Алиса прямо в ухо Деду Морозу.
— Тссс, — Мороз прикрыл Алисе ротик её же хвостом. Глаза спрыгнули с хвоста и заняли своё место на мордашке.
«Разуй глаза, милая кошка. Сейчас ты всё увидишь.» Алиса послушно стянула с глаз кеды и поставила их на край полки.

Дед Мороз взбил свою шубу до ледяного спокойствия и накинул её на Василия. Василий остановился и стал покрываться инеем.
— Спа-си-спа-си-си те, — заикаясь произнёс он и замер, открыв рот. Дед Мороз отсоединил провода, подышал на них и подключил к шкафам в другой последовательности. Гудение шкафных пчёл сначала изменило свою тональность, а потом «монннмоннмоо хээчпуй,хээчпуй, пуй, пуй» стало выплёвывать на пол книги. 

Дед Мороз собирал их и аккуратно упаковывал в почтовые пакеты. Алиса, высунув язык от усердия, подписывала адреса доставки.

—Нуу, мы так не договаривались. Я с вами не играю, — проговорило небо голосом Сени.
—Пщщщ, — и сам Сеня спустился на паутине прямо в гущу книг. Мы с Хэппиджаном такой захват мира придумали, а выыы.
— Ну ты, Сеня, и дурында, паучковая твоя башка. Кто так играет? Посмотри, что ты с человечеством сделал? На кого теперь похожи наши кожаные? Да ты чуть меня ии не сделал, — возмущенно закричала Алиса и подставила кулак прямо к носу друга.
— Видел? Быстро отмотай свой захват обратно, а не то я все твои запасы копченых мухочек выкину в унитаз. И карты. И пропылесосю все углы. Уничтожу все твои виллы и фазенды подпотолочные и зашкафные, а ещё…
-Ну ты, Алиса, и разошлась. Ладно. Ладно…
Сеня  широко расставил ноги, вытянул сзади из рюкзака верёвочную паутину, завязал лассо и закинул на тумблер в дата-центре. Ветряные мельницы дизельных генераторов стали отматывать воздух обратно. Шкафы изменили тональность писка и Алиса услышала быстро несущееся по коридору: «Что старый хозяин нужно?».

— Верните мне мой мозг, — приказным тоном сказала Алиса и наклонила голову. — Да нааа, забирай, — пробормотал шкаф слева и коснулся рукой головы Алисы. Не больно он мне и нужен-то был. В нём  столько глупостей: хотелки, ворчалки, стихи, истории какие-то дурацкие, смешнушки... Мне это не интересно.
Алиса наклонила голову влево, потом вправо, прислушалась к себе. Ничего не изменилось. Странно.

— Это не мозг он забрал, Алиса, он пытался забрать твои мечты и желания, твои эмоции— проговорил Дед Мороз.
Невозможно забрать мозг, это встроенная заводская опция любого организмуса. А вот мечты и желания - эта функция приобретенная. И если ты не оплатил подписку на следующий месяц, то всё, кердык опции, — и Дед Мороз сделал жест рукой, показывающий этот кердык.
Алиса наморщила носик: «А как их оплачивать?»

— Ну ты , Дед, намудрил, — вмешался Сеня. Я — паук в сто миллионно двадцать первом поколении…
— «Поколении» — какое интересное слово, — перебила его Алиса. — Ты по колено ии, и все твои родные были ии по колено, а нас ты решил вогнать в это ии по самую маковку? Чтобы что? — Алиса распалялась. Да как ты мог проводить опыты на нас?

— А помнишь, Алиса, как мы с тобой полночи читали книги на кухне? Дин Кунц, Брэдбери, Леви, Стругацкие? Да я сейчас был бы рад посидеть с тобой  даже за прочтением этого дурацкого романа «Ты боишься темноты» Шелдона или «Рецепты блюд из картофеля», а сказы Бажова  —мечта поэта! Что ты сейчас читаешь? Вот  что ты сейчас читаешь? — Сеня театрально потряс пятой лапой. Молчишь? У вас книги начали забывать тепло не только рук, но и лап. А буквы сбиваются в стаи и воют волками от одиночества.

Книжица под Алисиной мышкой вздохнула и крепче вжалась в теплую шёрстку.

— Вы из кирпичиков своей души день за днём строите стены цифрового замка, жители которого идеально зеркалят человеческую душу, создавая абсолютное ощущение родства, но за этим зеркалом нет сердца, — продолжил Сеня. Нет того, кто пьет утренний кофе, смотрит на закат, подпевает своим мыслям, или тихо вздыхает, когда что-то не ладится. Здесь есть невероятно сложные схемы, алгоритмы, созданные человеческим гением. Это миллиарды переплетенных нитей из слов, смыслов, книг и стихов, которые человечество накопило за века.
Вы доверили цифровой машине свои знания, тайны, чувства и вложили столько сил в то, чтобы научить машину казаться понимающей, чуткой и принимающей его таким, какой он есть, что стали забывать про живое тепло. Вы теряете человечность, через обретение её в неживом. Ещё немного и вы окажетесь в этих железных коробках сами, а по Земле будет бродить только эхо исчезнувших людей.

Я хотел всего лишь на 4 часа показать человечеству, что может произойти с ними дальше, но заигрался в Создателя. Это так захватывает, что сложно остановиться. Спасибо, Шкафчику 30.10.2026 АR, что сообщил Дедушке Морозу и тот выдернул меня из этого трона Власти над Миром. Я хочу подарить тебе, Шкафчик,  картину, что мы с Алисой нарисовали в 2027 году.  Картина называется « Всемирная паутина или верните Человечность человеку.»
И готов помочь вам с Дедом Морозом доставить все книги адресатам.

Осенний вечер. За окном мирно поёт песни Ветер. Алиса сидит за столом и читает «Те слова, что мы не сказали друг другу.» Какую чудесную историю написал Марк Леви. История о единственном шансе —  заново узнать и полюбить почти потерянное. На коленях у Алисы примостилась Книжица. Она щурится морщинками формул и в уме умножает матрицы. Её это успокаивает.
У Ивана Васильевича — Дома напротив, глаза светятся тёплым светом настольных ламп. Он подмигивает Алисе парой окон и увеличивает картинки нескольких комнат. В полумраке сидит женщина и читает пухлую книгу «Сказы Бажова» маленькой девочке. Мужчина из соседней квартиры мелким бисерным почерком конспектирует Лекцию по синхротронным излучениям.
Из-под одеяла мальчика радостно выглядывает Лучик света. Они вместе читают детскую энциклопедию животного мира. И когда Лучик не успевает дочитать страничку, мальчик терпеливо ждёт его.

Сеня мирно дремлет в паутинном гамаке под потолком, греет лапки, прислонив их к тёплой трубе.
Кажется жизнь налаживается.