Трезвый свет
И каждый шаг уже звучит молитвой.
Кто умер для себя — Тобой живёт,
И смерть ему не будет больше битвой.
Не я пришёл — Твой зов меня привёл,
И тайной сетью сердце Ты накрыла.
А разум сам напрасный спор повёл,
Но Ты его безмолвьем усмирила.
Я пил вино — но чаши не видал:
Оно во мне незримо пламенело.
И прежний мир, как морок, исчезал —
Во тьме моей дыхание светлело.
Не ризы рвал я — пал во мне покров,
И скрытый стыд открылся пред Тобою.
И стал золой весь блеск надменных слов,
А нафс на миг не правил надо мною.
Не мал ручей, рождённый из очей,
Когда слеза встречается с другою:
И с каждой каплей ближе и ясней
То море, что манит меня волною.
Не я иду — меня влечёт аркан,
И зов отныне стал моей судьбою.
Пускай советчик ткёт густой туман —
Его слова шуршат сухой листвою.
Когда паду, не спрашивай: «За что?» —
Спроси, какая власть меня склонила.
Для гордых глаз я буду лишь ничто,
Но Ты во мне гордыню сокрушила.
Не спрашиваю больше, почему
Ведёшь меня во тьме Своим молчаньем.
И боль свою смиренно я приму —
Тебе отвечу тихим лишь дыханьем.
Какой цветок сравнится здесь с Тобой,
Когда над садом светишь Ты весною?
Какой елей поспорит с той землёй,
Которой Ты коснулась лишь стопою?
Мне разум говорил: «Храни кувшин:
Его легко расколет боль земная».
Но взор Любви достиг души глубин,
И трещина светилась, как живая.
Пускай врагов поднимется стена
И ночь придёт суровым испытаньем —
Мне речь о Ней одной навек дана,
А зикр пребудет верным обещаньем.
Я кровью слёз пишу Любви рассказ:
Не всё постигнешь с первого прочтенья.
За внешним слоем слышен тихий глас —
И сердце входит в тайну откровенья.
Салих, не хмель венец твоих дорог,
А трезвый свет, хранимый тишиною.
И каждый вдох — незримый Твой порог,
И каждый миг наполнен лишь Тобою.
ОТ СТИХОТВОРЕНИЯ — К ЕГО СОКРОВЕННОМУ СМЫСЛУ
На этом заканчиваются строки моего стихотворения «Трезвый свет», но не заканчивается путь, о котором я хотел рассказать.
За образами вина без чаши, слёз, становящихся рекой, разбитого кувшина и света, хранимого тишиною, скрывается нечто большее, чем история земной Любви. Это странствие сердца, которое постепенно освобождается от гордыни, желания обладать и потребности в постоянных доказательствах близости.
В суфийской традиции внешний смысл называют захиром, а сокровенный — батином. Я стремился соединить их так, чтобы за образом земной Возлюбленной открывалась глубина духовного обращения к Всевышнему, не умаляя красоты и искренности человеческого чувства.
Но почему духовное опьянение должно уступить место трезвости? Почему падение иногда становится началом восхождения? И как тихий зикр превращает обыкновенное дыхание в непрерывное напоминание о Боге?
Ответы на эти вопросы я попытался раскрыть в авторском духовном толковании — шархе к стихотворению «Трезвый свет».
Приглашаю вас пройти этот путь ещё раз — теперь от видимых образов к их сокровенной глубине. Возможно, тогда некоторые строки откроются вам по-новому.
Читать духовное толкование «Трезвого света»: https://proza.ru/2026/10/30/794
Поэтическое прочтение: https://vkvideo.ru/video-229181319_456239461
Свидетельство о публикации №126103003406