Казак на клиросе

Куплет 1
Оренбургский казачий род.
Кадетский корпус. Стройный год.
Павел Иванович Плиханков.
Блеск эполет, паркетный звон.
Прямая в генералы стезя,
Отказаться от мира нельзя,
Но он балам и званым пирам
Предпочитал молчанье в храме.
Соседи шепчутся в тени:
«С ума сошёл, а был — орёл!»
А он считал земные дни,
Чтоб Дух над плотью власть обрёл.

Припев
Сорок шесть лет в миру — как долгий век.
Из дольнего — в горнее побег.
Оптина. Скит. Икона в полутьме.
Казак в молитве, в тишине.

Куплет 2
Ноги сами в бедный храм
Привели к святым мощам.
У раки Варсонофия Казанского
Стоял он в свете Фаворском.
И мысль о схиме, как гроза,
Пугала, закрывая глаза.
Но попался в руки невзначай
Журнал, где Оптинский край.
Старец Амвросий ждал давно:
«Павел Иваныч, в путь!»
И было всё предрешено —
С пути мирского не свернуть.

Куплет 3
Русско-японская страда.
Не генеральская звезда —
Кровь, лазарет и стон солдата.
Исповедует брат брата.
Сам под огнём. Смерть дышит в грудь.
Но он прошёл тот страшный путь.
Вернулся. Игумен. Скитоначальник.
К нему течёт народ печальный.
Страна летит в слепую тьму,
А он — маяк в густом дыму.
Он видел душу. По одному
Вёл падших к свету своему.

Куплет 4
Лопухина. Шестнадцать лет.
Старец достал на всё ответ:
Год за годом, грех за грехом,
Назвал по имени. Каким стихом
Она могла бы скрыть хоть часть?
Он научил её не пасть.
«Приди и завтра повтори,
Что я сказал. Себя смотри».

Куплет 5
Толстой. Астапово. Перрон.
«Не допустили» — тяжкий стон.
Кольцо, что выковал лукавый,
Не разорвал он. Боже правый,
Зачем не дал ему войти?
Но крест — нести. И он в пути.
А после — Голутвин. Разруха. Донос.
Изгнанье. Вот где мука.
Просил: «Оставьте хоть в углу,
Я послужу, я не уйду...»
Но принял крест. И глухонемому
Шептал на ухо, как родному.
И тот прозрел. И тот услышал.

Аутро (очень тихо, медленно, с паузами)
Апрель. Тринадцатый. Предел.
«Оставьте. Я уж на кресте...»
Причастье. Свет. Оптина. Покой.

(пауза)

Казак ушёл к себе домой.

(долгая пауза, почти шёпотом)

Аминь.

Преподобный Варсонофий Оптинский (1845–1913) — в миру полковник Павел Иванович Плиханков, оренбургский казак. Прославился даром прозорливости и исцелений. Участник Русско-японской войны как полковой священник. Незадолго до революции 1917 года был вынужден покинуть Оптину пустынь из-за доносов и назначен настоятелем запустевшего Старо-Голутвина монастыря, где и скончался. Похоронен в Оптиной пустыни рядом со своим духовным отцом, преподобным Анатолием. Память — 1 апреля.