Старый дом

Стоял на краю города старый, ничем не примечательный дом. В доме уже давно никто не жил. И лишь время от времени его навещали люди, что потеряли свой дом. А в остальное время по его комнатам гулял ветер.

Дом расселили года два назад, признав его аварийным. Людей расселили по разным домам. Так дом и остался стоять один-одинёшенек. А начальники наверху долго думали, что делать с домом, и в конце концов решили дом снести. Но что-то у них не заладилось, и про дом со временем забыли. Так он и стоял пустой. Правда, иногда давал приют страждущим.

Но в основном дом грустил в одиночестве, вспоминая, как шумно и весело было под его крышей. Как росли дети, вырастали и становились взрослыми, потом влюблялись, и у них тоже рождались дети. И в доме всегда было весело и тепло от человеческих душ. А ныне только холод веет, да ветер из всех щелей сквозит.

Однажды дом предавался светлым воспоминаниям о прошлом, как вдруг во двор въехала строительная техника.

«Ну вот и всё, и за мной пришла смертушка», — подумал дом и ещё больше пригнулся к земле.

— Ну что, парни, выгружаемся? — закричал похожий на пончик прораб, вылезая из машины.

— У нас до вечера ещё много работы, — сказал бригаде работяг прораб Петрович. — Так что пошевеливайтесь: к вечеру лагерь должен стоять, а инструменты — быть готовы к работе. Шевелитесь, мать вашу!

На шум техники из соседнего дома вышла дородная женщина и подошла к рабочим, которые разбирали вещи и инструменты. Покашляв, чтобы как-то обозначить своё присутствие, тётя Клава — так её здесь все звали — спросила у первого попавшегося рабочего, не сносить ли приехали дом.

— Нет, — резко ответил тот и продолжил заниматься своим делом.

— А что же тогда? — не унималась любопытная соседка.

— Ремонтировать будем, — так же резко ответил рабочий и продолжил своё занятие, не проронив больше ни слова.

Тётя Клава поняла, что больше ничего не узнает, и медленно пошла к своему дому, где её уже на скамейке поджидали соседки. Время от времени доносился крик прораба, который был чем-то недоволен.

Клавдия дошла до своего дома и, подойдя к скамейке, глянула на соседок, ища местечко присесть. Те сдвинулись в сторону, освобождая место для Клавдии, и с вопрошающим взглядом уставились на неё. А та уселась на скамейку и принялась рассказывать, что дом сносить никто не будет, а его отремонтируют, и квартиры потом продадут.

— Вот так вот, и никакой стоянки на этом месте не будет, — сказала она и, показав язык одной из соседок, которая ратовала за стоянку и даже ходила по квартирам подписи собирать, добавила: — Всё, точка.

Ближе к вечеру рядом с домом встали вагоны для жилья, кухня, вагон прораба, инструменталка, а вот вагон с душевой где-то застрял по дороге. Петрович хотел уже звонить насчёт вагона с душевой, как на территорию заехала машина с тем самым вагоном.

Водила крикнул:

— Куда душ будем ставить?

И кто-то из рабочих указал место рядом с жилыми вагонами.

— Слава богу, успели расположиться до заката, — доложился начальству прораб Петрович.

Из той же трубки донеслось:

— Значит, завтра с утра приступите к ремонту здания.

— Да-да, конечно, — ответил Петрович и повесил трубку.

Люди все были в столовой и ужинали, когда зашёл Петрович и объявил, что завтра с утра они приступают к ремонту дома. Отужинав, все разошлись по своим делам, и только повар Лёха наводил порядок на кухне.

Ночь пролетела быстро. После утреннего моциона и завтрака закипела работа. Дом встрепенулся от того, что штукатурка сыпалась с внутренних и наружных стен, а вместо ровных и гладких стен торчал красный кирпич.

«Боже мой, меня раздели!» — причитал дом.

А следом вырвали старые окна и двери, вытащили на улицу и скидали в одну кучу. В общем, через несколько дней от дома остались одни стены. Ведь даже крышу и ту сняли.

«Ну вот и всё, конец», — подумал дом, прощаясь с жизнью, как вдруг во двор заехал грузовик, гружёный под завязку всем необходимым для ремонта.

— Что-то маловато будет, — вдруг сказал кто-то из рабочих.

— А ты не бойся, мало будет — ещё привезут, — ответил Петрович.

Разгрузив машину до последнего бруска, прораб велел всем отдыхать и сам ушёл к себе в вагон. Петрович повесил табличку на двери: «Не беспокоить». И никто даже близко не подходил к вагону прораба. Все знали: если висит табличка на двери прораба, лучше не беспокоить. Иначе греха не оберёшься.

Вечер пролетел быстро, и все стали потихоньку укладываться спать, ведь завтра начнётся работа — теперь уже строить, а не ломать.

Петрович встал с рассветом и после утреннего моциона пошёл на кухню завтракать. Лёха уже вовсю старался у плиты, готовя завтрак для бригады. За прорабом потянулась и вся бригада завтракать, ведь через час уже закипит работа, и не будет времени на перекус.

А в дом с утра залетел ветер, что пролетал мимо, и он решил похозяйничать, облетая комнаты и поднимая в них клубы пыли.

— Ну что, старый, сносят тебя? — с ухмылкой спросил ветер.

— Нет, — с гордостью ответил дом ветру, — меня начали ремонтировать, и, возможно, скоро в моих стенах снова будет звучать смех. И тепло человеческих душ будет согревать мои стены.

Ветер ещё немного покружился и полетел дальше, а дом остался стоять на месте и ждать свою новую жизнь.

После завтрака рабочие принялись за ремонт дома, и первым делом прораб сказал:

— Надо сделать новую крышу.

Над ней и трудились после этого несколько дней. А спустя четыре дня у старого дома уже была новая крыша, покрытая железом и окрашенная в небесный цвет.

— Ну что, парни, крыша есть, теперь на голову капать не будет, — сказал Петрович по-отечески. — Ну а завтра возьмёмся за стены, надо старичку фасад обновить. А сейчас всем отдыхать! — скомандовал Петрович и пошёл к себе в вагон.

Все рабочие разошлись по своим делам.

О! Как же был дом рад новой крыше! Он кричал от радости, но люди его не слышали.

Следующие две недели дом штукатурили, утепляли и «одевали» в сайдинг. С каждым днём дом становился всё краше и краше. Дом даже подтянулся и стал стройнее, как когда-то в далёкой юности.

Тётя Клава время от времени появлялась на стройке, чтобы удовлетворять своё любопытство и контролировать ход ремонтных работ, как она считала.

Настал день, когда рабочие занялись внутренней отделкой комнат: сменили абсолютно всё, вплоть до проводки и водопроводных труб. В зиявшие оконные проёмы вставили новые пластиковые окна, и теперь ветру уже не гулять по дому. С каждым днём в доме становилось уютнее.

И вот спустя три месяца старый дом вновь стал молодым, но он всё так же стоял и ждал своих новых жильцов...
(29.10.2026)