Петушиный крик
под слоем копоти уже не пламенеют.
Однак, обманчивым бывает мёртвый штиль,
и ураган, возможно, где-то зреет.
Быть может – зреет, может – нет,
ведь человечество познало:
после кровавых бурь и бед
наверх всплывают прилипалы.
Лавируют в круговороте
людских пороков и страстей,
и глядь – они уже в почёте
и топчут в грязь былых вождей.
Те, кто не умер ненароком
от пули, яда иль ножа,
те облагаются оброком,
где в виде выплаты – душа.
Создатели симфоний, книг
бегут, спасаясь, за границу...
Представить страшно и на миг
тех лет позорную страницу.
Иван Андреевич Крылов
давно ту истину постиг:
там не оценят соловьёв,
где славят петушиный крик.
Однако в птичнике главенствует закон
(во имя правды следует прибавить):
петух, чей крик хозяина не славит,
годится только на бульон.
Свидетельство о публикации №126102900799