Сотни искр

Смотри, как город плавится в стекло,
Как тени стёрты ливнями до блеска.
Нам в этом мире сказочно везло —
Мы шли по краю, не боясь пореза.

Есть люди, у которых на плечах
Не просто кожа, не просто ткань пальто —
Там отсветы небесного луча,
Которые не видит больше никто.

Их души, что помечены печатью
Высоких звёзд, не знающих границ,
Не ведают ни подлости, ни плача,
Лишь свет в изломах опущенных ресниц.

Они идут сквозь хаос, сквозь туман,
Сквозь все вокзалы, где кончаются дороги,
И их маршрут — не чей-то злой обман,
А почерк Бога в их гулком одиночестве.

И если кажется, что мир сошёл с ума,
Что компас сбит, и звёзды гаснут в ряд,
Что наступает липкая зима —
Не бойся, брат. Не бойся, брат. Не бойся, брат.

Ведь души, что отмечены зенитом,
Нигде, поверь, не смогут потеряться.
Они, как письмена в граните скрытом,
Приучены в пространство возвращаться.

Ты можешь бросить их в пучину стран,
Ты можешь выжечь всё, что им так дорого,
Они — как нестираемый изъян,
Как та искра, что вечно ищет пороха.

Их тянет вверх невидимый магнит,
К тому истоку, где они родились.
Там каждый шрам, что был в пути открыт,
Становится дорогой в бесконечность — в высь.

Так не ищи пути на картах плоских,
Не спрашивай у ветра, где твой дом.
Ты — один из них, в одеждах очень броских,
С горящим сердцем, с вечным серебром.

Ты не потерян. Слышишь? Это миф,
Придуманный для тех, кто спит в покое.
Ты — это пульс, ты — это мощный риф,
Ты — небо, воплощённое в живое.

Мы разлетимся — сотни, тысячи искр,
В разные стороны, в разные города,
Но каждый знает этот странный риск:
Отмечен небосводом — значит, навсегда.

И если вдруг наступит тишина,
И карта станет пустотой без края —
Знай: это небо тянет до пьяна,
Своих обратно тихо забирая.