Кекс для бомжика

Подруга ты моя, усталость городская.
Холодные глаза уткнулись в телефон.
И в этой суете как выжить, я не знаю,
Когда возведено бесчестие в закон.

Бомжику кекс в метро отдал ребёнок.
Биение сердец не глушит стук колёс.
Он Человек в душе, и выйдя из пелёнок,
Уже добро своё в жестокий мир превнёс.

Гляжу я на людей, даюсь тихонько диву -
Как пугало одет, весь в дырах, унисекс…
И тычет мент в лицо замызганною ксивой,
А пред глазами снова чудится тот кекс.

Когда, скажите, мы настолько очерствели,
Что различить не в силах - благо, или зло ?
И пришлые извне, совсем остервенели,
В потугах навязать террор, как ремесло.

Куда же мы идём, тупо напялив шоры?
Нам изощрённо дан смертельный ориентир.
Страну раздели вновь мошенники и воры,
Под иудейский знак, затасканный до дыр.

Недопустимы здесь лояльность и смиренье.
Мы, в суе подставляя щёку по удар,
Рискуем не заметить собственное тленье
И растерять Природы уникальный Дар.

Взываю к Вам, Сыны Гипербореи !
И к Дочерям твоим летит поэта глас.
Славянский дух мы возродить сумеем,
И содрогнётся Мир, обманутый не раз.